ГлавнаяКаталог работИностранные языки → Образная фразеология в произведениях английских писателей
5ка.РФ

Не забывайте помогать другим, кто возможно помог Вам! Это просто, достаточно добавить одну из своих работ на сайт!


Список категорий Поиск по работам Добавить работу
Подробности закачки

Образная фразеология в произведениях английских писателей


Содержание
Введение………………………………………………………………..3
1 Фразеологические единицы в современном английском языке………………………………………………………………………………7
1.1 Фразеология как лингвистическая наука…………………………........7
1.2 Способы образования фразеологических единиц в английском
языке………………………………………………………………………….9
1.3 Классификация фразеологических единиц в современном
английском языке………………………………………………………….19
2. Образная фразеология в произведениях английских писателей………………………………………………………….....................31
2.1 Особенности образных фразеологических единиц в романе
Ч.Диккенса «Посмертные записки Пиквикского клуба»……..………….32
2.2 Образные фразеологизмы в комедии В. Шекспира «Много шума
из ничего»………………………………………………………………….....42
2. 3 Авторские обороты как источник возникновения образных
фразеологизмов………………………………………………………………47
2. 4 Идиофразеоматизмы в творчестве английских писателей……….......51
Заключение……………………………………………………………………..61


Список использованной литературы……………………………………..64



Введение

Фразеологизмы заполня¬ют лакуны в лексической системе языка, которая не может полностью обеспечить наименование новых познанных человеком сторон действительности, и во многих случаях являются единственными обозначениями предметов, свойств, процессов, состояний, ситуаций и т. д.
Образование фразеоло¬гизмов ослабляет противоречие между потребностями мышления и ограниченными лексическими ресурсами язы-ка. В тех же случаях, когда у фразеологизма имеется лек¬сический синоним, они обычно различаются в стилистиче¬ском отношении.
Во фразообразовании огромную роль играет человече¬ский фактор, так как подавляющее большинство фразеоло¬гизмов связано с человеком, с разнообразными сферами его деятельности. Фактор адресата является важнейшим элементом коммуникации. Кроме того, человек стремится наделить человеческими чертами объекты внешнего мира, в том числе и неодушевленные. Еще Ш. Балли утверждал: «Извечное несовершенство человеческого разума проявля¬ется также и в том, что человек всегда стремится одухотво¬рить все, что его окружает. Он не может представить себе, что природа мертва и бездушна; его воображение постоян¬но наделяет жизнью неодушевленные предметы, но это еще не все: человек постоянно приписывает всем предметам внешнего мира черты и стремления, свойственные его лич¬ности» [38, c.102].
В. Г. Гак вносит существенный корректив в высказыва¬ние Ш. Балли: «Поскольку в центре внимания человека находится он сам, то отсюда его постоянное стремление описывать окружающий мир по образу и подобию своему. Языковой антропоморфизм является не пережитком перво¬бытного мышления, как это утверждают некоторые фило¬софы, но общим законом развития средств номинации в языке» [9, с. 274].
Под языковым антропоморфизмом обычно понимается наделение человеческими свойствами предметов и явлений неживой приро¬ды, небесных тел, животных и мифологических существ. Фразеологизмы — высоко информативные единицы языка; они не могут рассматриваться как «украшения» или «излишества». Подобная трактовка фразеологизмов встречается в некоторых работах и в данное время являет¬ся устаревшей. Фразеологизмы — одна из языковых уни¬версалий, так как нет языков без фразеологизмов.
Фразеология — чрезвычайно сложное явление, изуче¬ние которого требует своего метода исследования, а также использования данных других наук - лексикологии, грам¬матики, стилистики, фонетики, истории языка, истории, философии, логики и страноведения.
Мнения лингвистов по ряду проблем фразеологии рас¬ходятся, и это вполне естественно. Тем не менее, важной задачей лингвистов, работающих в области фразеологии, является объединение усилий и нахождение точек сопри¬косновения в интересах, как теории фразеологии, так и практики преподавания иностранных языков.
Фразеология, по единодушному мнению лингвистов, считается наиболее специфичной и национально-самобытной областью языка. Специфика фразеологических единиц (далее ФЕ) часто обусловлена экстралингвистическими факторами, «консервирующимися» в их образности. Фразеологический фонд – это не только языковая, но и культурно-историческая сокровищница каждого народа. Через ФЕ исследователи могут получить тонкие сведения о народе - носителе языка. Мало знать ФЕ, надо знать, что за ней стоит, надо рассматривать ее в связи с культурой страны, историей народа.
Основной особенностью фразеологизмов, по мнению многих современных исследователей, является несоответствие плана содержания плану выражения, что определяет специфику фразеологической единицы, придает глубину и гибкость ее значению. Эти возможности коренятся в самой природе фразеологизма - замкнутом микроконтексте, в котором реализуются не только формальные связи между планом выражения и планом содержания такого знака, но и ассоциативно-семантические, причем не обязательно логически выводимые из самого микроконтекста. Именно эта невыводимость и позволяет фразеологизму обозначать сложнейшие явления и отношения действительности в емкой и выразительной форме.
Наиболее убедительным доказательством богатых возможностей фразеологических единиц - и особой сложности их для перевода - является то, что их охотно употребляют и творчески преобразуют многие писатели и журналисты [12, с. 127].
Фразеологическое богатство английского языка, использованное английскими писателями, привлекло внимание отечественных лингвистов, вреди которых можно отметить А. В. Кунина, Б. А.Ларина, Н. М. Шанского, Е. Е.Клековкину, Ю. Д. Апресян, Н. Н.Амосову и других. Высок интерес к фразеологии с точки зрения ее взаимодействия с общелитературным языком и у зарубежных лингвистов. Из зарубежных ученых данным вопросом занимались Логан П. Смит, Т. Сейвори, В. Гроув, С. Поттер, Дж. Л. Апперсон и другие.
Широкое использование фразеологизмов в английской литературе послужило основанием для определения актуальности исследования.
Объектом данной дипломной работы является фразеология английского языка.
Предметом исследования являются образные фразеологизмы в произведениях английских писателей.
Целью данной дипломной работы является исследование семантических, структурных и функциональных особенностей образных фразеологических единиц.
Для достижения цели исследования в работе ставятся следующие задачи:
- изучить теоретическую литературу по фразеологии английского языка;
- изучить особенности и способы происхождения ФЕ в английском языке;
- выявить особенности использования образной фразеологии в английской литературе.
Для решения поставленных задач использовались следующие научно-исследовательские методы:
- изучение и анализ научной литературы;
- интерпретационный метод (объяснение, сравнение).
Научная новизна работы выразилась в сочетании лингвистического, литературоведческого и переводческого подходов к изучению проблемы.
Практическое значение состоит в возможности использования материала в курсах теории и практики лексикологии, стилистики и перевода.
Работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка используемой литературы. Во введении обосновывается актуальность и новизна проводимого исследования, формулируется его цель и задачи.
В первой главе фразеология рассматривается как самостоятельная дисциплина, возникновение ФЕ, а также различные классификации английских фразеологизмов. Вторая глава посвящена выявлению особенностей образных фразеологизмов в произведениях Ч. Диккенса и В. Шекспира и других писателей.

1. Фразеологические единицы в современном английском языке
1.1. Фразеология как лингвистическая наука
Фразеология — это наука о ФЕ (фразеологических единицах), т. е. об устойчивых сочетаниях слов с осложненной семантикой, не образующихся по порожда¬ющим структурно-семантическим моделям переменных сочетаний.
Родоначальником теории фразеологии является швей¬царский лингвист французского происхождения Шарль Балли (1865—1947). Ш. Балли впервые систематизировал со¬четания слов в своих книгах «Очерк стилистики» и «Фран¬цузская стилистика». Ш. Балли вклю¬чил главу о фразеологии в свои книги по стилистике. В первой книге он выделял четыре группы словосоче¬таний: 1) свободные словосочетания, т. е. сочетания, лишенные устойчивости, распадаю¬щиеся после их образования; 2) привычные сочетания, т. е. словосочетания с относительно свободной связью компонентов, допускающие некоторые изменения; 3) фразеологические ряды, т. е. группы слов, в которых два рядоположных понятия сливаются почти в одно. Устойчивость этих оборотов закрепляется первичным словоупотреблени¬ем. Эти сочетания допускают перегруппировку компонентов; 4) фразеологические единства, т. е. сочетания, в которых слова утратили свое значение и выражают единое неразложимое понятие. Подобные сочетания не допускают перегруппировки компонентов. Таким образом, Ш. Балли различает сочетания слов по степени устойчивости: сочетания, в которых имеется свобода группировки компо¬нентов, и сочетания, лишенные такой свободы. Ш. Балли лишь схематически наметил эти группы, но не дал их сколько-нибудь подробного описания [19, c.3-5].
В своей более поздней работе «Французская стилисти¬ка» Ш. Балли рассматривает привычные сочетания и фразео¬логические ряды как промежуточные типы словосочетаний и различает лишь две основные группы сочетаний: 1) свободные сочетания, и 2) фразеологические единства, т. е. словосочетания, компоненты которых, постоянно употребляемые в данных сочетаниях для выражения одной и той же мысли, утратили всякое самостоятельное значе¬ние. Все сочетание в целом приобретает новое значение, не равное сумме значений составных частей. Ш. Балли указыва¬ет, что такой оборот можно сравнить с химическим соединением, и подчеркивает, что если единство является доста¬точно употребительным, то, очевидно, в этом случае соче¬тание равняется простому слову. Ш. Балли ставил фразеологичность словосочетания в зависимость от наличия у него слова-идентификатора. Эти мысли Ш. Балли позднее легли в основу выделения фразеологических сращений и разра¬ботки теории эквивалентности фразеологической единицы слову. Со времени Ш. Балли исследование фразеоло¬гии шагнуло далеко вперед. Но работа большого ученого, написанная на заре изучения фразеологии, способствовала дальнейшему развитию фразеологических исследований. Таким образом, Шарль Балли ввел термин фразеология в значении «раздел стилистики, изучающий связанные сло¬восочетания» [19, с.7-8].
Первые работы по английской фразеологии относятся к тридцатым годам. Это были фразеологические справочники и скромные попытки теоретического осмысления материала. Отечественными лингвистами изучены ос¬новные структурные типы ФЕ в современном англий¬ском языке и их семантические осо¬бенности, фразеологическая синони¬мия и вариантность, вопрос фразеоло¬гической деривации, использование ар-тиклей во фразеологических единицах и многие другие проблемы. Большой теоретический и описатель¬ный материал по английской фразеологии содержится в книгах по лексикологии.
Большое значение для теории фразео¬логии имеет ряд положений, выдвинутых А. И. Смирницким. Важнейши¬ми из них являются: идея о раздельнооформленности фразеологических единиц и цельнооформленности слов [30, с.62].
Вопрос о фразеологии как лингвистической дисциплине был впервые поставлен выдающимся советским лингви¬стом проф. Е. Д. Поливановым, который неоднократно возвращался к этому вопросу и утверждал, что лексика изучает индивидуальные лексические значения слов, морфология - формальные значения слов, синтаксис - формальные значения словосочетаний [22, с.63].
Вопросы о фразеологии как лингвистической дисциплине ставил и В.В. Виноградов [8, с.115-220]. Такое накопление систематизированных фактов – одна из предпосылок создания фразеологии как лингвистической дисциплины.
Б. А. Ларин был первым ученым после Е. Д. Поливано¬ва и В. В. Виноградова, снова поднявшим вопрос о фразео¬логии как лингвистической дисциплине - «Фразеология как лингвистическая дисциплина нахо¬дится еще в стадии «скрытого развития» ... но она еще не оформилась как зрелый плод подготовительных трудов. ...А выделение такой дисциплины нам уже необходимо, ибо всем ясна дилетантская беспомощность, разнобой и безуспешность попутного, случайного разбора этого матери¬ала в лексикографии, стилистике, синтаксисе» [24, с. 200 - 201].
Таким образом, отечественной науке принадлежит приори¬тет в выделении фразеологии в качестве отдельной лингви¬стической дисциплины.

1. 2 Способы образования фразеологических единиц в современном английском языке

Источники происхождения фразеологизмов в современ¬ном английском языке очень разнообразны. По происхож¬дению английские фразеологизмы можно разделить на два класса: исконно английские ФЕ и заимствованные ФЕ. Заимствованные фразеологизмы в свою очередь подразде¬ляются на межъязыковые и внутриязыковые. В особую группу выделяются заимствования в иноязычной форме. А. В. Кунин выделяет четыре группы:
1) исконно английские ФЕ;
2) межъязыковые заимствования, то есть ФЕ, заим¬ствованные из иностранных языков путем того или иного вида перевода;
3) внутриязыковые заимствования, то есть ФЕ, заим¬ствованные из американского варианта английского язы¬ка (фразеологизмы, заимствованные из других вариантов, немногочисленны);
4) ФЕ, заимствованные в иноязычной форме [18, с. 9].
Каким бы путем не возникали ФЕ, они обязательно должны пройти стадию потенциальной фразеологичности. Потенциальные фразеологизмы, постепенно расширяя сферу своего употребления, становятся ФЕ, приобретая недостающие им элементы фразеологической устойчивости. «Фразеологическая единица никогда не возникает сразу в первый же момент создания и употреб¬ления ее материального состава, она всегда результат постепенного становления»- писала Н. Н. Амосова [3, с. 102]. Точно установить, когда именно не потенциальный фразеологизм переходит в ФЕ, не представляется возможным.
Итак, под фразеологизацией понимается образование ФЕ и устойчивых сочетаний нефразеологического характера в результате постепенного процесса приобретения теми или иными сочетаниями слов всех элементов фразеологической устойчивости или всех элементов устойчивости нефразеологического характера [23, c.1244].
А.В. Кунин выделяет семь основных типов фразеологизации в зависимости от того языкового материала, который лег в основу будущей ФЕ, предшествуя стадии потенциальной фразеологичности, и способа его фразеологизации с учетом как лингвистических, так и экстралингвистических факторов:
1) образование ФЕ путем переосмысле¬ния переменных сочетаний слов;
2) образование ФЕ путем переосмысле¬ния устойчивых сочетаний нефразеоло¬гического характера;
3) образование ФЕ на основе потенци¬альных фразеологизмов;
4) образование ФЕ из авторских обо¬ротов;
5) образование ФЕ на основе сюжета, но не сочетания слов;
6) образование ФЕ путем каламбурного обыгрывания омонимов;
7) образование ФЕ от ФЕ (фразеологи¬ческая деривация) [18, с.9].
Первые шесть типов относятся к первич¬ной фразеологизации, а фразеологичес¬кая деривация — к вторичной. Процесс фразеологизации в выделенных нами типах образования ФЕ проходит неравномерно.
Первичная фразеологизация
I. Образование ФЕ путем переосмысления переменных сочетаний слов
Самым распространенным типом фразео¬логизации является полное или частич¬ное переосмысление переменных слово¬сочетаний и предложений, т. е. тот или иной отход от буквального значения их компонентов.
1. Полное переосмысление переменных словосочета¬ний
Примерами ФЕ, возникших в результате полного метафорического или метоними¬ческого переосмысления переменных сло¬восочетаний, могут служить: big wig - важная персона (букв. боль¬шой парик); burn one's fingers - обжечься на чем-либо (букв. обжечь свои пальцы).
2. Частичное переосмысление переменных словосочетаний
Частичное переосмысление переменных словосочетаний встречается в английском языке значительно реже, чем полное переосмысление. Примерами могут служить обороты: a copy-book maxim - прописная истина (букв. тетрадочный афоризм); death-bed repentance - запоздалое раскаяние (букв. раскаяние на смертном одре). В приведенных ФЕ первый компонент является сложным словом.
3. Переосмысление переменных предложений
Помимо переменных словосочетаний, могут также переосмысляться и предложения, например: breakers ahead! - опасность! берегитесь! (букв. впереди буруны); that cock won't fight - этот номер не пройдет (букв. этот петух не будет драться).
При переходе переменных сочетаний в ФЕ происходит коренная перестройка, как их значения, структуры, так и речевой реализации. Вследствие этого внутренние и внешние фразеологические связи принципиально отличаются от внутренних и внешних связей переменных сочетаний слов.
II Образование ФЕ путем переосмысления устойчивых сочетаний нефразеоло¬гического характера
Многие ФЕ создаются на основе переосмысления устойчивых сочетаний нефразеологического характера. К ним относятся, например, термины и профессионализмы, употребляющиеся в бук¬вальном значении. Например: go off at half-cock - действовать или говорить поспешно, необдуманно (букв. выстрелить с полгашетки, с полкурка); hold in leash - держать в узде, в пови¬новений (букв. держать на своре (борзых);
Для ФЕ, образованных в результате пе¬реосмысления устойчивых сочетаний нефразеологического характера, типичен четырехступенчатый процесс развития: а) стадия потенциальной устойчивости нефразеологического характера; б) ста¬дия устойчивости нефразеологического характера; в) стадия потенциальной фра-зеологической устойчивости; г) ста¬дия фразеологической устойчивости.
III. Образование ФЕ на основе потен¬циальных фразеологизмов
Многие ФЕ образуются, минуя стадию переосмысления переменного сочетания слов или устойчивого сочетания слов не¬фразеологического характера. Образный характер этих оборотов возникает в ре¬зультате переосмысления слов, входящих в их состав. У ФЕ, возникших таких образом, была только одна предварительная стадия раз¬вития, а именно стадия потенциальной фразеологичности. В первую очередь это относится к ФЕ, в основе которых ле¬жит нереальный образ, порождение фан¬тазии человека.
1. ФЕ, в основе которых ле¬жит нереальный образ: Enough to make the angels weep - не¬вольно слезы навертываются, хоть ко¬го заставит расплакаться (букв. и анге¬лов заставит расплакаться); one's wings are sprouting - шутл. он (она и т. д.) не от мира сего, это сущий ангел (букв. крылышки пробиваются).
2. Фразеологические гиперболы и преуменьшения: make a mountain out of a molehill - делать из мухи слона (букв. делать гору из кротовины); split hairs - вдаваться в чрезмерные тон¬кости.
Примерами фразеологических преумень¬шений являются следующие обороты: a bit of all right - разг. то, что надо; not half - разг. в высшей степени, ужасно, отчаянно.
3. ФЕ с различной стилистической окраской
а) шутливые обороты: the clerk of the weather – чиновник по делам погоды (воображаемое должностное лицо, регулирующее погоду); in one’s birthday suit – нагишом (ср.: в чем мать родила);
б) иронические обороты: a fat lot of - немного, очень мало;have a soul above buttons - считать выполняемую работу ниже своего достоинства;
в) фамильярные обороты: Has the cat got your tongue? - Вы что, язык проглотили?;
г) грубые выражения: Damn your eyes! - Черт бы вас побрал!
4. ФЕ, возникшие в связи с обычаями, традициями, повериями, легендами, историческими фактами
Подобные обороты также не имеют совпа¬дающих с ними по форме переменных сочетаний слов, и созданы лишь по их грамматическим моделям: beat the air (the wind) - попусту стараться, понапрасну затрачивать энергию, (ср.: говорить на ветер, переливать из пустого в порожнее, толочь воду в ступе); have kissed the Blarney stone - быть льстецом (по преданию каждый, поцеловавший камень, находящийся в замке Бларни в Ирландии, получал дар льстивой речи) [18, c.8-10].
5. Фразеологические единицы, связанные с именами английских писателей, ученых, королей и др.: according to Cocker— „как по Кокеру", правильно, точно, по всем правилам (Э. Кокер, 1631 —1675, автор английского учебника арифметики, широко распространенного в XVII в.) [22, с.183]; King Charles's head - навязчивая идея, предмет помешательства, „пун¬ктик" (выражение из романа Диккенса «Давид Копперфилд», связанное с увлечением полоумного мистера Дика Карлом I).
6. Компаративные ФЕ
Адъективные компаративизмы обычно, а глагольные всегда, являются оборотами с частично переосмысленными компонен¬тами. Первый компонент сравнения, кроме нескольких случаев в составе адъективных компаративизмов, всегда употребляется в своем буквальном зна¬чении. Образность словосочетания воз¬никает благодаря тому, что в речи срав¬нение относится не к тому денотату, т. е. не к тому классу предметов, яв¬лений, лиц, которые обозначают его вто¬рой компонент, например, he is as brave as a lion. Образность создается благода¬ря сравнению человека со львом, но если мы сравним, скажем, львицу со львом, то образность сравнения исчезает. Приведем несколь¬ко широко распространенных ФЕ этого типа.
1) К адъективным компаративизмам относятся обороты типа: (as) black as thunder - мрачнее тучи; (as) bold as brass - нахальный, бессты-жий (ср. медный лоб).
Целиком образные адъективные компаративизмы в английском языке не встре¬чаются, но имеется несколько много¬значных оборотов данного структурного типа, в которых первый компонент упот¬ребляется как в буквальном значении, так и в переносном. Вследствие этого в одном значении ФЕ является частич¬но переосмысленной, а в другом - пол¬ностью переосмысленной. Примером по¬добного оборота может служить адъективный компаративизм (as) dead as a doornail:
а) без каких-либо признаков жизни, бездыханный; «крышка»: Poor fellow, dead as a doornail and nev¬er knew what hurt him. (M. Twain. A Connecticut Yankee in King Arthur's Court. Ch. 43.);
б) превратившийся в мертвую букву, ут¬ративший силу, исчезнувший без следа, отживший свой век:
There's shows we thought dead as a door¬nail coming to life again. (K. S. Prichard. Winged Seeds. Ch. 38).
В таких оборотах наблюдается своеоб¬разное сочетание частично образного и целиком образного компаративного зна¬чений.
Все эти ФЕ являются целиком образны¬ми оборотами, образующими второй эле¬мент сравнения. Полные сравнения воз¬никают лишь в речи в сочетании с пере¬менными компонентами.
2) К глагольным компаративизмам относятся обороты типа: drink like a fish - пить запоем, беспробудно пьянствовать; drop somebody (something) like a hot potato - поспешно бросить, избавиться от кого-либо или чего-либо как можно скорее.
7. Пословицы
Пословицы, как правило, образуются минуя стадию переменного предложения [18, c.10-12]. Например: a bird in the hand is worth two in the bush – ср. не сули журавля в небе, а дай синицу в руки; a great ship asks deep waters – ср. большому кораблю - большое плавание.
8. Библеизмы
Колоссальное влияние на английский язык оказали переводы из библии. В течение столетий Библия была наиболее широко читаемой и цитируемой в Англии книгой. Не только отдельные слова, но и целые идиоматические выражения (часто бук¬вальные переводы древнееврейских и греческих идиомов) вошли в английский язык со страниц Библии. К выражениям, библейское про¬исхождение которых твердо установлено, принадлежат следующие: The apple of Sodom - красивый, но гнилой плод; обманчивый успех;Balm in Gilead - бальзам в Галааде; утеше¬ние, успокоение; [31, c.111].
9. Заимствования
Обратимся теперь к идиомам иностранного происхож¬дения. Помимо восточных идиом, взятых из Библии, в английском языке, как и в языках других европейских на¬родов, являющихся наследниками античной культуры, много пословиц, афоризмов и образных выражений, возникших у древних греков и римлян: The Golden Age - золотой век; Pandora's box - ящик Пандоры взяты из греческой мифологии. С гомеровскими поэмами связаны выражения:Penelope's web - тканье Пенелопы; Scylla and Charybdis - между двух огней. Из греческой истории и легенд взяты: to hang by a thread - висеть на волоске; to appeal from Philip drunk to Philip sober - просить кого-либо о пересмотре принятого им необдуманного решении. От философских произведений Платона идут выражения: to hand on the torch - передавать светоч знаний, муд¬рости;Platonic love - платоническая любовь [31, с.129-130].
Многие английские фразеологизмы связаны с Древним Римом. Выражения связанные с походами Цезаря: to cross the Rubicon - перейти Рубикон, сделать решающий шаг; the die is cast - жребий бро¬шен. Вергилию принадлежат идиомы: a snake in the grass - коварный, скрытый враг;(to give, throw) a sop to Cerberus - (бросить) подачку Церберу (страшному псу, охраняющему врата в подзем¬ное царство); умиротворить взяткой;
Общая для большинства европейских стран культура средневековья оставила в английском языке много образ¬ных выражений и пословиц: a Roland for an Oliver - достойный ответ взято из «Песни о Роланде»; to make a cats paw of - сделать кого-либо своим послушным орудием - из итальянской сказки XV в. [31, c.131-132].
Фразеологические заимствования из французского языка: appetite comes with eating - аппетит при¬ходит во время еды, (фр. 1'appétit vient en mangeant; выра¬жение впервые встречается в сочинении «О причинах» (1515) Жерома д'Анже, епископа города Ле Ман; популя¬ризовано Франсуа Рабле в «Гаргантюа»); Buridan's ass - буриданов осел (о человеке, не решающемся сделать выбор между двумя равноценными предметами, равносиль¬ными решениями и т.п.). От фр. j'âne de Buridan. Французскому философу XIV в. Буридану приписывается рассказ об осле, умершем от голода, так как он не решался сделать выбор между двумя одинаковыми охапками сена.
Фразеологические заимствования из немецкого язы¬ка немногочисленны: blood and iron - железо и кровь, беспощадное применение силы (нем. Blut und Eisen - принцип политики Бисмарка, стремившегося объединить Германию силой прусского оружия); the mailed fist -„бронированный кулак", военная сила (нем. gepanzerte Faust) [6, с.59].
В английском языке имеется всего несколько фразео¬логизмов, заимствованных из испанского языка: blue blood - голубая кровь, аристократическое происхождение (исп. sangre azul - голубая кровь); the fifth column - пятая колонна, тайные пособники врага (исп quinta columna - пятая колонна); the knight of the Rueful Countenance (книжн.) - рыцарь Печального Образа, Дон Кихот (исп. el Caballero de la triste figura. Так назвал Дон Кихота его оруженосец Санчо Панса) [18, с. 9-10].
IV. Образование ФЕ из авторских оборотов
Многие ФЕ в современном английском языке восходят к авторским оборотам. Природу авторских оборотов нельзя считать окончательно установленной. Они являются единицами индивидуальной авторской речи и обладают рядом свойств, отличающих их как от ФЕ, так и от переменных сочетаний слов. Приведем примеры авторских оборотов. Оборот not to let one's left hand know what one's right hand does пришел из библии. В современном английском он имеет значение левая рука не ведает, что делает правая. В библии оборот употребляется в поло-жительном смысле. В современном язы¬ке он переосмыслен и является ФЕ с от¬рицательной оценкой.
Wheels within wheels - переплетение интересов, влияний или интриг, запутанное положение. Этот фразеологизм произошел от библейского выражения ... a wheel in the iddle of a wheel (Ezekiel. I, 16). Наряду с изменением числа, в данном случае наблюдается и изменение лексического состава библейского оборота.
V. Образование ФЕ на основе сюжета, но не сочетания слов
ФЕ могут возникать на основе того или иного сюжета, в частности библейского, а не сочетания слов. Примером может служить следующий оборот: a doubting Thomas - Фома неверный (неверующий).Выражение взято из евангельской леген¬ды о том, как один из апостолов, Фома, когда ему рассказали о воскресении рас¬пятого Христа, не поверил этому.
VI. Образование ФЕ путем каламбурного обыгрывания омонимов
В английском языке имеется небольшое число ФЕ, основанных на игре слов. Они встречаются главным образом сре¬ди адъективных сравнений и являются каламбурными сочетаниями, построен¬ными на обыгрывании омонимов. Напри¬мер: (as) cross as two sticks - в плохом наст-роении, не в духе, не на шутку рассер¬женный (ср.: зол, как черт). В этой ФЕ мы имеем игру слов, осно¬ванную на двух омонимах: а) cross - не в духе, сердитый; б) cross – перекрещивающийся.
Фторичная фразеологизация
VII. Образование ФЕ от ФЕ (Фразеологическая деривация)
Одним из способов образования фразеологизмов является выделение ФЕ - словосочетаний из состава более сложных фразеологизмов, как словосочетаний, так и предложений. Вновь образованная ФЕ начинает жить самостоятельно, но ее значение и тип переосмысления определяются семантикой исходного фразеологизма. Так, немотивированный характер ФЕ the grey mare - жена, держащая мужа под башмаком, бой-баба объясняется немотивированностью пословицы the grey mare is the better horse - жена верховодит в доме, от которой образовалась эта ФЕ путем обособления начальных компонентов [23, c.1267].
Новые фразеологизмы могут также образовываться обособлением начальных конечных компонентов более сложного фразеологизма. Например, от пословицы old birds are not to be caught with chaff - старого воробья на мякине не проведешь - образовалось две ФЕ: an оld bird - старый, стреляный воробей и to be caught with chaff - быть легко обманутым.
К фразеологической деривации относятся:
1) конверсия: a play with fire - игра с огнем от ФЕ to play with fire - играть с огнем;
2) образование глагольной ФЕ от пословицы, употребляющейся в повелительном наклонении: to strike while the iron is hot – ковать железо пока горячо - strike while the iron is hot - куй железо пока горячо;
3) образование по аналогии: curiosity killed a cat - любопытство до добра не доведет от шекспиризма care killed a сat - забота до добра не доведет;
4)образование по контрасту: to come оff the high horse - перестать важничать от ФЕ be get on или mount или ride a high horse - важничать, высокомерно держаться;
5) расширение ФЕ: as merry as a grig - жизнерадостый, полный жизни; рад-радешенек от устарелого фразеологизма a merry grig - веселый парень [17, c. 59].
Таким образом, существует множество путей образования фразеологических единиц. Изучение фразеологизации важно в теоретическом плане, так как только диахронный подход дает представление о фак¬торах, существенных для образования ФЕ, о несовпадающих закономерностях развития ФЕ и слов и об особенностях становления фразеологического значения, а также и в практическом плане, так как способствует сознательному ус¬воению фразеологизмов.

1. 3 Классификации фразеологических единиц в современном английском языке

Традиционно английские фразеологизмы классифицируют с точки зрения семантики, происхождения и структуры.
Одним из видов семантической классификации ФЕ является группировка ФЕ с точки зрения выражаемых ими понятий. Такую классификацию встречаем у ряда зарубеж¬ных лингвистов. Так, например, Дж. Л. Апперсон выделяет ФЕ, связанные с понятиями месяц, сезон, солнце, небо, день, дождь, ветер, животное и т. д. Такая классификация оперирует неязыковыми критериями, в связи с чем вряд ли является приемлемой [1, с. 30].
Весьма большое распространение получила клас¬сификация ФЕ акад. В. В. Виноградова, который делит ФЕ на фразеологические сращения, фразеологические единства и фразеологические сочетания.
1. Фразеологические сращения, или идиомы - немоти¬вированные единицы, выступающие как эквиваленты слов, например, навострить лыжи, спустя рукава, через пень колоду, вот так клюква, как бы не так и др.
2. Фразеологические единства - мотивированные еди¬ницы с единым целостным значением, возникающим из слияния значений лексических компонентов. Фразеологи¬ческие единства допускают раздвижение компонентов по¬средством подменного «упаковочного материала и выступают как потенциальные эквиваленты слов», например, держать камень за пазухой, мелко плавать, первый блин комом, плыть против течения и др.
3. Фразеологические сочетания - обороты, в которых у одного из компонентов фразеологически связанное зна¬чение, проявляющееся лишь в связи со строго определен¬ным кругом понятий и их словесных обозначений. При этом для такого ограничения, подчеркивал В. В. Виноградов, как будто нет оснований в логической или вещной природе самих обозначаемых предметов, действий, явлений. Эти ограничения создаются присущими данному языку закона¬ми связи словесных значений. Подобные сочетания эквива¬лентами слов не являются, так как у каждого их компо¬нента различные значения, например, страх берет, тоска берет, зависть берет, смех берет и др. Но нельзя сказать: радость берет, удовольствие берет и т. п. [1, с.21].
Некоторые языковеды, анализируя определенные типы ФЕ в современном английском языке, видоизменяют эту классификацию. Так, 3. А. Анисимова, рассматривая именные ФЕ типа «прилагательное + существительное» (brown bread), делит их на фразеологические сращения, фразеологические един¬ства и фразеологические единицы классифицирующего характера, т. е. единицы, которые указывают на признаки обозначаемых явлений, отличающие эти явления от им подобных:
white green fish
brown bread , dead language
black liberal education
Однако при данной классификации одна выделяемая группа не исключается, а как бы накладывается на другую; в основе выделения данных групп лежат различные принципы. Так, выделяя среди анализируемых ею ФЕ фразеологические сращения и ФЕ, 3. А. Анисимова исходит из степени семантической слитности исследуемых образований. В основе же выделения ФЕ классифицирующего характера лежат особенности смысловых взаимоотношений компонентов рассматриваемых единиц (один компонент класси¬фицирует другой). В связи со всем этим, данная классификация нам представляется неудачной [3, c. 35].
А. И. Смирницкий различает ФЕ и идиомы. Фразеологические единицы — это стилисти¬чески нейтральные обороты, лишенные метафоричности или потерявшие ее. К фразеологическим единицам А. И. Смирницкий относит обороты типа get up, fall in love и др. Идиомы основаны на переносе значения, на метафо¬ре, ясно сознающейся говорящим. Их характерной чертой является яркая стилистическая окраска, отход от обычного нейтрального стиля, например, take the bulls by the horns - действовать решительно; брать быка за рога; и др. Фразеологические сращения, фразеологические сочетания и фразеологические выражения не входят в классификацию А. И. Смирницкого [30, c.68].
Ряд исследователей, выделяя в современном английском языке фразеологические сращения, ФЕ и фразеологические сочетания, намечают ряд промежуточных групп. Так, А. В, Кунин выделяет:
а) промежуточную категорию между фразеологическими сращениями и ФЕ, куда он относит обороты, в которых ведущий компонент мотивирован, а остальные немотивированы: it is raining cats and dogs, to talk through one's hat;
б) промежуточную категорию между фразеологическими сочетаниями и ФЕ, куда он относит обороты с несвобод¬ным значением одного или двух компонентов, одновременно обладающие образным, переносным значением: to beat a retreat, small beer, to run wild [19, с.21].
Н. Н. Амосова выделяет два типа ФЕ - фраземы и идиомы. Фразема - это единица постоянного контекста, в которой указательный минимум, требуемый для актуали¬зации данного значения семантически реализуемого слова, является единственно возможным, не варьируемым, т. е. постоянным, например, beef tea - крепкий мясной бульон; knit one’s brows - нахмуриться; black frost - мороз без снега и др. Второй компонент является указательным минимумом для первого. [2, с.36].
Следует отметить, что еди¬ничная сочетаемость во многих фраземах является крайне неустойчивой, и они легко переходят в переменные сочетания слов.
Идиомы, в отличие от фразем - это единицы посто¬янного контекста, в которых указательный минимум и се¬мантически реализуемый элемент нормально составляют тождество и оба представлены общим лексическим соста¬вом словосочетания. Идиомы характеризуются целостным значением, например, red tape - волокита, бюрократизм; play with fire - играть с огнем и т. п. [1, c. 12].
Весьма распространенной является классификация, рассматривающая ФЕ с точки зрения их этимологии, происхождения. В основном эти классификации сводятся к выделению следующих групп:
а) ФЕ, которые связаны с предметами, вышедшими из употребления, когда-то существовавшими обычаями, порождены отжившей общественной практикой: to win one's spurs, baker's dozen, to dance attendance, to show the feather, to cut off with a shilling;
б) ФЕ, возникшие в определенной социальной, профессиональной среде, а затем ставшие общеупотребительными: to open fire, to die in harness, to stick to one guns (военное дело), to sail under false colours, to take in sail (морское дело), to gild the pill (медицина), to hit below the belt, to take the ball before the bound (спорт);
в) ФЕ, пришедшие из фольклора, античной мифологии, библии, произведений отдельных авторов: to bell the cat (фольклор), to lift the lid of Pandora's box (античная мифология), fatted calf (библия);
г) заимствования из иностранных языков, обычно существующие в форме калек: to swim against the current, to lay down arms (из французского языка), to render the rose, Attic salt (из латыни).
Недостатком такой классификации является то, что в основе выделения групп лежат различные принципы, в связи с чем одно и то же выра¬жение может быть включено во все выделяемые две или три группы. Например, образование baker's dozen, to win one's spurs можно включить в первую и вторую группы; to lay down arms - во вторую и четвертую [1, с.31-32].
Весьма распространенной в настоящее время является классификация ФЕ, в основе которой лежит выделение лексико-грамматического центра или стержневого слова в словосочетании, т. е. слова, которое подчиняет все другие слова, составляющие ФЕ.
Проф. А. И. Смирницкий, исходя из количества стержневых слов, которые он называл семантическими вершинами, делил все ФЕ на слитные речения, характеризующиеся наличием одного стержневого слова и устойчивые сочетания, в которые вхо¬дят два и более стержневых слова. Среди слитных речений проф. А. И. Смирницкий, исходя из их морфологического состава, выделял три подгруппы:
1) Атрибутивно-именную: high treason, apple of discord;
2) Глагольно-адвербиальную: to give up, to make out;
3) Предложно-именную: by heart, at hand.
Устойчивые сочетания, по классификации А. И. Смирницкого, также распадаются на ряд групп:
1) Глагольно-именная: to go to bed;
2) Предложно-именная: face to face;
3) Фразовые сочетания, т. е. сочетания, обладающие предикативно-стью, куда относятся пословицы: Every cloud has a silver lining [30, с.68-70].
Нечетким в данной классификации является понятие «стержневое слово» или «семантическая вершина»; неясно, идет ли речь о грамматическом (синтаксическом) или смысловом центре сочетания.
Вряд ли правомерно также объединять в пределах одной и той же группы «устойчивых сочетаний» столь качественно различные единицы, как словосочетания (to go to bed, face to face) и пословицы и поговор¬ки - целые предложения, которые никак нельзя считать составной частью словарного состава языка,
Структурную классификацию в различных вариантах мы встречаем в работах отечественных языковедов Б. Т. Лазаревой, П. П. Калинина, В. Л. Дашевской, М. Н. Никифоровой и др.
Ряд исследователей в своих классификациях исходит из характера синтаксических связей компонентов ФЕ. Так, например, Т. А. Барабаш вслед за В. П. Сухотиным [32, c.32] и рядом других исследователей, предлагая считать особенности синтаксических взаимоотношений компонентов фразеологических единиц их «внутренней формой» в отличие от их «внешней формы» - отношения данных сочетаний к дру¬гим словам и словосочетаниям в составе предложения, - намечает следую¬щие группы:
а) сочетание глагола с прямым дополнением: gild the pill;
б) сочетание глагола с предложным дополнением: to catch at a straw;
в) сочетание глагола с прямым и предложным дополнением: one stone;
г) сочетание глагола с прямым и косвенным дополнением: to give the horse the reins;
д) сочетание глагола с обстоятельством: to sit on thorns;
е) сочетание глагола с обстоятельством и дополнением: to build castles in the air;
ж) сочетание глагола с обстоятельством и двумя дополнениями, при-чем в каждой группе она выделяет простые сочетания типа to kiss the rod и сложные, полученные путем распространения дополнения или обстоятельства, типа to burn one's fingers.
Такая классификация позволяет установить распространенность того или иного синтаксического типа сочетаний внутри определенной группы фразеологических единиц.
Некоторые исследователи предлагают в своих классификациях рассматривать фразеологические единицы с точки зрения их синтаксической функ¬ции в предложении, т. е. выясняют, какие типы ФЕ могут выступать в качестве подлежащего, дополнения, определения, ска-зуемого и т. д. Так, например, Б. Т. Лазарева устанавливает, что глагольные фразеологические сращения выполняют в предложении следующие функции:
а) сказуемого: I shall be in Coventry in a few week's time;
б) дополнения: the North and West Chicago Street Railways would be obliged to pay through the nose;
в) определения: ... blackmail, I suppose, an honest man paying through the nose for some pf the capers of his youth;
г) обстоятельства: Common talk in the village but quite enough to cook their goose here.
Именные фразовые сращения с именем существительным в роли главного слова выступают в следующих функциях:
а) подлежащего:
. . . street Arabs are produced by slum and not by original sins;
б) предикатива составного именного сказуемого:
I'd been cock of the walk in the old grammar;
в) дополнения прямого или предложного:
I don't know anything about a white elephant;
г) определения: After ceaseless ridicule of red-tape …;
д) обстоятельства: . . . and we must do it by hook or by crook.
Именные фразовые сращения с именем прилагательным в роли главного слова выступают в функции предикатива составного именного сказуемого:
. . . Old Morley was as dead as a door-nail.
Наречные фразовые сращения выполняют в предложении функции обстоятельства образа действия, места или времени: He smokes a miserable cigarette once in a blue moon.
Фразовые сращения-междометия выступают как независимые члены предложения: Great guns, what are you made up for!
Это, по существу, классификация не самих ФЕ, а их функций в предложении. Она позволяет выяснить, в каких синтакси¬ческих функциях могут выступать ФЕ, соответст¬вующие какой-либо части речи.
Как уже упоминалось выше, в современном английском языке к ФЕ, наряду с непредикативными сочетаниями слов, относятся и предикативные сочетания - предложения. К таким образованиям принадлежат пословицы: Every cloud has a silver lining; Make hay while the sun shines; Fool's haste is no speed.
Пословицы обычно имеют дидактический характер, содержат поучение, совет. В отличие от ФЕ иных типов, они могут быть образованиями, в которых все компоненты выступают в своих пря¬мых свободных значениях: Charity begins at home; A friend in need is a friend indeed; No man is wise at all times.
Пословицы могут представлять собой как простые, так и сложные предложения:
A bird in the hand is worth two in the bush (простое);
As you make your bed, so must you lie on it (сложное).
Пословицы часто выступают в виде повелительных предложений: First catch your hare then cook him; Strike the iron while it is hot;Don't count your chickens before they are hatched.
Встречаются также и вопросительные предложения: What will Mrs. Grundy say?
Как уже было указано, пословицы, будучи предложениями, качественно отличны от ФЕ-словосочетаний и не являются единицами словарного состава. Однако на базе пословиц возник целый ряд ФЕ-словосочетаний.
Так, например, ряд ФЕ возник в результате сокращения пословиц, обособления начальных компонентов:
to grasp the nettle (or grasp the nettle and it won't sting you);
обособления серединных компонентов:
a black sheep (от there is a black sheep in every flock);
обособления конечных компонентов:
a silver lining (от every cloud has a silver lining) [1, с.30-35].
Н. Н. Амосова выделила частично предикативные фразеологизмы - обороты, в которых содержится граммати¬чески ведущий член - антецедент и зависящая от него предикативная единица. При этом такая структура выступает как присущее данному фразеологизму формальное свойство, а не результат каких-либо синтаксических его преобразований, например, fiddle while Rome is burning - заниматься пустяками перед лицом серьезной опасности; ships that pass in the night - мимолетные встречи и т. п.
Устойчивые обороты с цельнопредикативной структу¬рой (пословицы и поговорки) Н. Н. Амосова в состав фра¬зеологии не включает [2, с.69].
Значение ФЕ находится в определенных отно¬шениях к значениям составляющих ее компонентов, т. е. обладает той или иной степенью мотивированности. Поэтому классификация значений ФЕ с семантической точки зрения должна быть построена на основе выделения нескольких кардинальных типов мотивированности. Такая классификация в какой-то мере отразит существующее деление ФЕ на сочетания, единства и сращения, но не совпадет с ним, так как, во-первых, типы ФЕ характеризуются не только степенью идиоматичности, но и рядом структурных особенностей, т. е. выделяются не на чисто семантической осно¬ве, и так как, во-вторых, это деление применимо, в основном, к однозначным и лишь некоторым типам многозначных фразеологических единиц. Подавляющее большинство очень многочисленных в английском языке полисемичных ФЕ не укладывается в его рамки, так как один и тот же оборот в разных значениях должен быть признан (с этой точки зрения) различными лексическими единицами (сочетанием, единством, сращением). Так, right and left имеет три значения: справа и слева (сочетание?); отовсюду (единство?); безжалостно (сращение?). High and dry тоже имеет три значения: вытащенный на берег (о суд¬не) (единство?); покинутый в беде (сращение?); отсталый (сращение?).
Итак, по крайней мере, для английского языка, ФЕ которого свойственна многозначность, выделение типов значений с точки зрения их мотивированности, представляется весьма сущест¬венным.
Естественно различать три основных типа: полностью мотивированные (в дальнейшем для краткости будем называть их мотивированными), образно-мотивированные (образные) и немотивированные значения.
В зависимости от соотношения значений компонентов и значения целого каждый из этих трех основных типов может быть подразделен на ряд разновидностей. Так, мотивированные значения могут быть образованы свободными значениями компонентов ФЕ, например: to tell a lie (сказать ложь), to say the truth (сказать правду), young man (молодой человек) и т.д. С другой стороны, мотивированные зна¬чения могут быть образованы фразеологически связанным значением одно¬го из компонентов, например: to call attention (привлекать внимание), to take into account (принимать в расчет) и т. д. (во фразеологически связанном значении употребляются первые компоненты); beast of pray (хищник), bird of passage (перелетная птица) и т. д. (во фразеологически связанном значении употребляются вторые компоненты) [4, с. 18].
К образным единицам относятся сочетания с переносным значением, являющимся мотивированным с точки зрения современного английского языка. Обычно это так называемые ФЕ - second string, rough diamond и т. д.
Образные ФЕ подразделяются на обороты, обладающие переносным значением в целом: tower of strength, wet blanket, skeleton at the feast, light purse, to give a finishing touch, to break the ice и соединения с отдельными образ¬ными компонентами: a man of the pen, wild train, Fleet marriage, to swallow an insult, as sound as a bell, to buy for an old song.
Образный перенос может быть либо метафорическим: a hard pill to swallow, behind thescenes, to fall into a trap, in the lion's paws, a drop in the ocean;либо метонимическими: a fall of the hammer, white collar, to count noses, blue apron, old salt [1, c.29].
ФЕ могут быть образными в своих исходных, первичных значениях и в производных, вторичных значениях. Первично-образные значения ФЕ возникают на основе пере¬носного употребления свободных словосочетаний, например, to put a finger on - дотронуться (свободное словосочетание положить палец на), on the wing - на лету (свободное словосочетание на крыле), on the cards - возможно (букв. на картах), hot air - болтовня (букв. горячий воздух) и т. д. Вторично-образные значения возникают на основе мотивированных и первично-образных значений ФЕ, например, to put a finger on - указать (первично-образное дотронуться), to lay hands on - захватить, достать, иметь в распоряжении к пр. (первично-образное взять), to take possession on - овладеть чувст¬вами (мотивированное взять), on the wing - на ходу (первично-образное на лету), dark horse - темная, малоизвестная личность (мотивиро¬ванное — темная лошадка) [4, с.18].
К необразным ФЕ относятся также сочетания, когда-то бывшие образными, переносное значение которых не ощущается с точки зрения современного английского языка (фразеологические сраще¬ния). Например, выражение to keep on tenterhooks - держать в состоя¬нии душевного напряжения связано с обычаем, существовавшим в сре¬де ткачей, туго натягивать ткань на раму и прикреплять ее крючками, чтобы она лучше высыхала. Другой пример: White elephant — обремени¬тельное или разорительное имущество, обуза, подарок, от кото¬рого не знаешь, как избавиться (Король Сиама, желая разорить кого-либо из своих подданных, дарил ему священного белого слона, содержа¬ние которого обходилось очень дорого) [1, с. 29]. Необразные ФЕ весьма распространены в современном английском языке.
Немотивированные значения могут быть частично немотивированными и полностью немотивированными. В случае частично немотивированных значений связь образа с понятием на современном этапе развития языка неясна, но в составе фразеологической единицы имеется компонент, значение которого в какой-то степени соответствует значению фразеологиче¬ской единицы, например, to win the day - одержать победу (при to win - победить), to pay through the nose - платить щедро (при to pay - платить) и т. д. Понятие полностью немотивированных значений не требует пояснений, ср. to kick the bucket - умереть, to put the wind up — испу¬гать, white elephant — обременительное имущество. [4, c.18].

Итак, на основании проведенного исследования мы приходим к выводу, что фразеология на современном этапе выступает как самостоятельная языковедческая дисциплина наравне с лексикологией и стилистикой, так как имеет свою область исследовании и методы исследования. Фразеология изучает способы и средства фразеологизации, закономерности, действующие при образовании ФЕ; их функционирование в языке; связь фразеологизмов с другими аспектами (лексикологией, стилистикой, историей языка и т. д.)
Выяснение особенностей ФЕ в современном английском языке привлекло усиленное внимание языковедов. ФЕ исследовались с различных сторон: с точки зрения установления критерия ФЕ, ее границ, семантических и структурных особенностей, с точки зрения происхождения ФЕ и т. д. В результате проведенных исследований ими выявлен целый ряд особенностей ФЕ, в зависимости от которых они классифицируются в современном английском языке.

2. Образная фразеология в произведениях английских писателей

Человек, занимающийся фразеологией английского языка, при чтении произведений английских писателей и драматургов, не может не обратить внимание на то, насколько тонко и умело используют эти писатели потенциальные стилистические возможности фразеологизмов, чтобы всемерно разнообразить язык своих произведений. Их характеризует доведенная до совершенства игра слов, большое количество смелых метафор, ярких необычных сравнений, перифраз, повторов и фразеологизмов [14, c. 59].
Произведения В. Шекспира и Ч. Диккенса являются ярчайшими примерами использования всей палитры выразительных средств языка. Ч. Диккенс, как и В. Шекспир, экспериментирует со словами, как будто желая продемонстрировать читателю все его богатое экспрессивно-семантическое содержание. Произведения анализируемых писателей принадлежат к лучшим образцам мировой литературы. Ч. Диккенс и В. Шекспир - великолепные стилисты, они обогатили язык английской прозы, создав непревзойденные образцы гибкого, точного, богатого оттенками повествования. Все это делает их творчество заметным явлением в литературной истории Англии. В своем воздействии на язык оба писателя занимают активную позицию, участвуют не только в отборе, но и в создании нормы.
Идиофразеоматические единицы, прообразами которых явились термины и профессионализмы из различных областей знаний чрезвычайно активно используются английскими писателями. Так как термины любой области знания составляют значительный пласт языка, они оказывают большое влияние на общелитературный язык и повседневную жизнь.
Как уже упоминалось, одним из способов возникновения фразеологизмов являются авторские обороты. Авторские обороты не существуют как самостоятельные единицы, а всегда яв¬ляются частью контекста (преимущественно единичного текста) и могут быть использованы при цитировании. Вследствие использования авторских оборотов преимущественно в единичных контекстах, для этих оборотов харак¬терна однозначность и узость объема зна¬чения, т.е. его денотативного аспекта, и единичная сочетаемость или соотне¬сенность. Авторский номинативный оборот обычно относится к одному лицу, явлению, событию, действию и т. д. и по¬этому не обладает обобщающим абстраги¬рованным характером значения, свойст¬венным подавляющему большинству ФЕ, за исключением небольшого числа фразеологизмов, обозначающих единичные понятия. Авторские обороты, выходя за рамки индивидуального употребления, становят¬ся потенциальными фразеологизмами и постепенно превращаются в ФЕ [30, c. 40].

2.1 Особенности образных фразеологических единиц в романе Ч.Диккенса « Посмертные записки Пиквикского клуба»

Творчество Диккенса хорошо изучено как в отечественном, так и в зарубежном литературоведении. Гениальный мастер английского языка Диккенс с большим успехом применял выразительные средства языка и стилистиче¬ские приемы, используя для этого семантические, стилистические и другие особенности ФЕ.
Мы попытаемся систематизировать ос¬новные приемы использования образных фразеологизмов в романе Диккенса «Посмертные записки Пиквикского клуба».
«Посмертные записки Пиквикского клуба» - первое произ¬ведение Диккенса, которое сделало его имя популярным в Великобритании. Молодого журналиста, обладающего острым глазом на¬блюдателя и обнаружившего уже в первые годы литературной деятельности блестящий дар юмориста, привлекают комические пер¬сонажи и комические положения, которые он ищет и находит в окружающей действительности. Он наделен редким даром заме¬чать и показывать неотразимо смешное в повседневном и обыден¬ном, создавать в короткой новелле забавный шарж, чаще всего добродушную, но всегда блещущую остроумием карикатуру.
Диккенс, писатель-реалист, показал в этом произведении яркую картину английской действительности того времени. В нем Диккенс выступает, в основном, как юморист. Главные действую¬щие лица «Записок» - это представители среднего класса мистер Пиквик, Снодграсс. Неотделим от Пиквика образ его слу¬ги Сэма Уоллера - представителя мелкого мещанства,
В своем первом крупном произведении Диккенс не показал, или точнее, не хотел показать теневых сторон жизни. В Анг¬лии Пиквика все в конечном счете обстоит превосходно. Бодрость и оптимизм - вот что, по убеждению молодого Диккенса, служит блестящим средством в борьбе со все¬ми жизненными осложнениями, которые могут возникнуть в мире, населенном превосходными людьми, подобными Пиквику. Пиквикисты ничего не умеют, но это лишь значит, что они не умеют лгать, совершать подлости, притеснять слабых. Вот почему они то и дело попадают в смешные, нелепые положения. Неудачи, преследующие членов «клуба», выте¬кают из их достоинств, они всегда остаются победителями. Вместе с тем, юмор позволяет Диккенсу сочетать в характере «пиквикистов» достоинства идеальных героев с чертами реальных людей.
Для создания комического эффекта Диккенс использовал раз¬ные элементы языка: лексико-фразеологические, синтаксические и морфологические.
Одним из источников смеха в «Записках» является употреб¬ление фразеологизмов. Как мы уже указывали, ФЕ являются особым типом выразительных языковых средств, большинство из которых принадлежат к эмоционально-образным ре¬сурсам языка. Вследствие этого ФЕ широко используются в сти¬листических целях.
Как известно, фразеологизмы придают речи яркое своеоб¬разие и национальный колорит. Сатирики и юмористы очень ши¬роко используют устойчивые обороты, но излюбленный ими прием, это изменение устойчивых сочетаний, обновление их состава и значения. Комический эффект создается в таких случаях в результате неожиданного преобразования ФЕ, столкновения буквального и переносного значения фразеологизма. Одним из самых распространенных способов творческой обработки устойчивого словосочетания является использование его основного метафорического содержания. В таком случае ис¬пользуется не весь фразеологический оборот, а лишь одно или несколько слов, входящих в него. Восприятие комического эффекта при этом возможно только при условии, что читатель будет иметь в виду фразеологический оборот в целом, в том составе и в том значении, какое бытует в общенародном языке. Существуют различ¬ные виды окказионального преобразования фразеологизмов, и подтверждение этому можно найти в произведениях Диккенса.
Прием двойной актуализации основан на двойном восприятии: на обыгрывания значения ФЕ и буквального значе¬ния ее переменного прототипа. Подобное явление объясняется разделънооформленностью ФЕ. Контекст, который делает возмож¬ным окказиональное стилистическое использование ФЕ, является ее стилистическим актуализатором. Другими словами, этот прием сводится к тому, что сочетанию слов, имеющему в языке единое переносное значение, придается иное значение или меняет¬ся форма фразеологизма - перефразируется какой-либо извест¬ный фразеологизм, и на основе отчетливой связи с имеющимся создается автором новый оборот. Возникающий при этом эффект обманутого ожидания вызывает смех противоречием между при¬вычным, обычно связанным с фразеологическим значением. Во всех случаях создается двуплановое понимание конечного оборо¬та: сохраняется и его целостное единое значение, и новое [34, с. 53 - 55].
Диккенс описывает комический эпизод встречи слуги м-ра Пиквика Сэма с важным господином. Сэм на торжественном зва¬ном ужине пошел к столу, держа руки в карманах. Мистер Смокер предложил взять его под руку с тем, чтобы Сэм вынул руки из карманов. Сэм ответил, что будет держать свои руки в карманах:
"I beg your pardon,Mr. Weller,” said John Smauker, agonized.”
“Will you take my arm?”
“Thankee, you’re wery good, but I wan’t deprive you “of it”, replied Sam. “I,ve rather a way o,putting my hand in my pockets, if it is all the same to you” (Ch. Dickens. The Posthumous Papers of the Pickwick Club, Ch.37).
В этом примере Диккенс использует прием двойной актуали¬зации, употребив сочетание take somebody's arm сначала в качестве ФЕ в значении взять кого-то под руку, повести к столу и во второй раз, в ответе Сэма - в буквальном смысле, т .е. лишать кого-то руки.
Двойная актуализация опирается в этом примере на противопоставление слова take его синониму, слову deprive в буквальном значении. Слово deprive является, таким образом, стилистическим актуализатором или переменным прототипом ФЕ, т.к. это слово помогает разграничить ФЕ и переменное слово¬сочетание.
Аналогичный прием используется и в следующем примере, Диккенс описывает ссору между мужем и женой. Комический эф¬фект в этом случае создается употреблением образного фразеологизма screw up one’s courage - собраться с мужеством в пере¬носном и буквальном смысле:
Mr.Pott winced beneath the contemptuous gaze of his wife. He had made a desperate struggle to up his courage, but it was fast coming unscrewed again
В данном примере двойная актуализация реализуется во фразовом контексте, и стилистическим актуализатором является последующее контекстное уточнение. Стилистический актуализатор unscrewed близок по семантике к компоненту to screw, точнее, является его антонимом. Таким образом, параллельное восприятие прямого значения компонентов переменного сочетания, омонимичных, синонимичных или антонимичных компонентам ФЕ, происходит благодаря намеренной актуализации компонентов переменного словосочетания в особым об¬разом организованном контексте или речевой ситуации.
Приемом, служащим специально для придания образным ФЕ элемента комизма, является прием контаминации, т.е. совмещения нескольких ФЕ. Фразеологическая контаминация является одним из интересных приемов индивидуально-авторского преобразования фразеологизмов.
Две ФЕ be in high spirits- быть в хорошем, весе¬лом настроении и be in full (high) feather - быть в полном параде контаминируются в образный оборот be in high feather and spirits имеющий в контексте значение быть в хорошем настроении и в полном параде:
"There were all the female servants in a bran new uniform… running about the house in a state of excitement and agitation, which it would be impossible to describe. The old lady was dressed out, in a brocaded gown, which had not seen the light for twenty years… Mr. Trundle was in high feather and spirits, but a little nervous withal... All the girls were in tears and white muslin ..."
В данном случае комический эффект от такого рода конта¬минации ФВ используется как средство характеристики торжест¬венной, а в то же самое время нервозной, предсвадебной суеты; кроме того это зевгма, перекликающаяся с еще одной зевгмой be in tears and white muslin.
В следующем примере две ФЕ take part in something - принимать участие в чем-то и by turns - по очереди совмещаются в оборот take part by turns - принимать уча¬стие в чем-то по очереди:
" they ...relieved their feelings by kicking at the gate and ringing the bell, for an hour or two afterwards.. In this amusement they al I took part by turns , except three or four fortunate individuals".
Описывается негодующая толпа народа, которая пытается прорваться в ворота тюрьмы и поглазеть на незадачливого м-ра Пиквика и его спутников.
Следующий пример совмещения ФЕ claim one’s right - требо¬вать своего, требовать причитающегося по праву и take the liberty of doing smth. - позволить себе сделать что-то в оборот take the liberty of claming one’s right - позволить себе требовать причитающееся по праву с вклиниванием слова Sir:
"I have no doubt, from the specimen I have had the subordination preserved among them, that whatever you order, they will execute; but I shall take the liberty, Sir, of claiming my right to be heard, until I am removed by force.” (Ch. Dickens. The Posthumous Papers of the Pickwick Club, Ch.25).
Комизм этой ситуации заключается в том, что на судебном процессе м-р Пиквик произносит напыщенную речь, нагромождая фразы и обороты, и, тем самым, стараясь произвести впечатле¬ние на зрителей.
Таким образом, в данном случае комический эффект контаминации двух образных ФЕ используется как средство характеристики пер¬сонажа через его речь.
Интересен следующий пример, в котором употреблены не¬сколько образных ФЕ параллельно - в характерной для м-ра Джингля от¬рывистой, бессвязной речи: образный ФЕ bе at ease - непринужденно, невозмутимо; ФЕ no go, won't dо - дело безнадеж¬ное, ничего не выйдет; ФЕ biter bit - попался, который кусался; ФЕ not for worlds - ни за что на свете:
“What prevents me? Pride, old fellow, pride”, replied Jingle, quite at his ease. “Wouldn’t do – no go – caught a captain, eh? – ha! Ha! Very good – husband for daughter – biter bit – make it public – not for worlds – look stupid – very!” (Ch. Dickens. The Posthumous Papers of the Pickwick Club, Ch.25).
Следует отметить, что для речи м-ра Джингля характерно употребление большого количества образных ФЕ, следующими цепочками, параллельно.
Диккенс использует также прием вклинивания. Этот прием основан на распространении устойчивого словосочетания за счет введения дополнительных компонентов, что увеличивает выразительные возможности, создаваемые в процессе речи путем окказиональных видоизменений характера функци¬онирования образных фразеологизмов. Например в образную ФЕ take pains to do smth. - при¬лагать усилия вводится усилитель a good deal of за счет чего увеличивается экспрессивность образной ФЕ, а это в свою очередь создает эффект противоречием между значением ФЕ и пониманием этого значения говорящим:
“I took a good deal of pains with his education, Sir; let him run in the streets when he was very young, and shift for himself. lt's the only way to make a boy sharp, Sir”. (Ch. Dickens. The Posthumous Papers of the Pickwick Club, Ch.20).
В следующем примере в образную ФЕ bless one’s heart - господи помилуй, боже упаси вводится слово little:
"Lord bless their little hearts, they thinks it’s all right, and don't know no better;they're the wictims o’ gammon… (Ch. Dickens. The Posthumous Papers of the Pickwick Club, Ch.27).
Кроме приема вклинивания в приведенном контексте при¬сутствуют морфологические изменения слова hearts.
Следующий прием - замена одного иди нескольких компонентов в ФЕ - способствует ее обновлению, создает разнообразные вариации на основе устойчивых словосочетаний. В образной ФЕ bless one’s heart Диккенс заменяет слово heart словом eyebrows и вводит слово innocent:
“Why Sir, bless your innocent eyebrow, that's where the mysterious disappearance of respec¬table tradesman took place, four years ago"… (Ch. Dickens. The Posthumous Papers of the Pickwick Club, Ch.31).
В данном примере создается юмористический эффект посредством введения окказионального компонента коми¬ческого характера, такого как innocent eyebrow - невинные брови, что звучит чрезвычайно комично по отношению к простодушному Пиквику и его наивным друзьям.
Но Диккенс не ограничивается использованием только одного какого-нибудь приема для окказионального изменения образных ФЕ. Зачастую он применяет два, а иногда даже и три приема в одном и том же фразеологическом контексте. Этот прием называется фразеоло¬гической конвергенцией.
Весьма интересным с этой точки зрения является следу¬ющий пример:
“There appears nothing very tremendous in this little sentence, "upon my word, Sir” when it comes to be read; but the tone of voice in winch it was delivered, and the look that accompanied it, voth seaming to bear reference to some revenge to be thereafter visited upon the head of Pott, produced their full effect upon him. The most unskillful observer could have detected in his troubled countenance a readiness to resign his Wellington boots to any efficient substitute who would have consented to stand in them at that moment.” … (Ch. Dickens. The Posthumous Papers of the Pickwick Club, Ch.18).
В этом небольшом абзаце описывается сцена ссоры между мужем и женой. Муж обвиняет жену в неверности, но жена говорит ему угрожающе и презрительно: «Однако, сэр!» и от взгляда, и от тона жены муж теряет свою решительность и уже готов сдаться и уступить свои веллингтоновские сапоги любому бесстрашному заместителю, который согласился бы в данный момент стоять в них перед миссис Потт. Диккенс использует фразеологизм to stand in somebody's shoes в этом абзаце и обыгрывает его, применяя сразу несколько стилистических при¬емов: 1) автор заменяет компонент shoes словом boots; 2) вклинивает элемент Wellington (Wellington boots - осо¬бый вид сапог); 3) перемещает компоненты ФЕ; 4) вводит новые слова. Таким образом, деформируя образную ФЕ to stand in smb's shoes до неузнаваемости, Диккенс создает оборот, полный юмора и иронии.
Следующий пример, описывающий Пиквикистов, также созда¬ет весьма оригинальный юмористический эффект, когда автор употребляет в отношении уже пожилых и довольно полных людей такие сравнения, как пчелки и феи:
“… as brisk as bees, if not altogether as light as fairies, did the four Pickwickians assemble on the morning of the twenty-second day of December.” … (Ch. Dickens. The Posthumous Papers of the Pickwick Club, Ch.28).
Автор употребляет компаративную ФЕ as brisk as bees и переменное сочетание as light as fairies с элементом некоторого противопоставления, т.к. ФЕ as brisk as bees характеризует подвижность, а словосочетание as light as fairies. характеризует легкость. Тем самым освежается об¬раз bees и создается комическая ситуация. Писатель слегка иронизирует над Пиквикистами, сравнивая их «подвижность» с подвижностью пчел и легкостью фей.
Интересен следующий пример, в котором мы может наблюдать использование сразу двух стилистических приемов: двойной ак-туализации и параллельного употребления образных ФЕ have the heart to do smth. - решиться сделать что-то и have the case to do smth. - иметь доводы сделать что-то:
"It's a conspiracy” said Mr.Pickwick, at length recovering the power of speech - a base conspiracy between these two grasping attorneys, Dodson and Fogg. Mrs.Bardell would never do it - she hasn't the heart to do it - she hasn't case to do it. Ridiculous…”
“Of her heart”, said Wardle, with a smile, “you should certainly be the best judge, I don’t wish to discourage you, but I should certainly say that, of her case, Dodson and Fog are far better judges than any of us can be.” … (Ch. Dickens. The Posthumous Papers of the Pickwick Club, Ch.18).
В приведенном примере, во-первых, употреблены парал¬лельно две образные ФЕ аналогичной структуры дня эмоционального уси¬ления речи в данном случае м-ра Пиквика. Во-вторых, переос¬мысленные ФЕ подвергаются автором разложению на составные компоненты, понимаемые буквально, что и создает комический эффект. Двойная актуализация в приведенном примере создается путем использования комментария к переменному прототипу ФЕ. Этот комментарий является шутливой ремаркой на слова м-ра Пиквика. Таким образом, комментарий служит стилисти¬ческим актуализатором, т.е. актуализатор находится в репли¬ке второго собеседника. Первый собеседник, м-р Пиквик, использует ФЕ, а второй, м-р Уордлъ, шутливо и намеренно воспринимает ее как переменное сочетание слов.
Определенный интерес представляет следующий пример, в котором две образные ФЕ slow coach - медлительный человек, ту¬годум и grease the wheels - дать взятку, подмазать, объединенные общностью образа, употребляются параллельно как переменные словосочетания:
“And what does this allusion to the slow coach mean? For aught I know, it may be a reference to Pickwick himself, who has most unquestionably been a criminally slow coach during the whole of this transaction, but whose speed will now be very unexpectedly accelerated, and whose wheels, gentlemen, as he will find to his cost, will very soon be greased by you. .” … (Ch. Dickens. The Posthumous Papers of the Pickwick Club, Ch.34).
В этом контексте совмещены та¬кие стилистические приемы, как: 1) развернутая метафора, объединяющая понятия карета, скорость, ускорение, колеса, смазать колеса, причем Диккенс увеличивает экспрессивность метафоры, добавляя компонент criminally; 2) деформация образной ФЕ grease the wheels проис¬ходит за счет того, что весь оборот дается в страдательном залоге; 3) вклинивание переменных компонентов very soon; 4) разрыв образной ФЕ за счет того, что вводится придаточное предло¬жение; 5) параллельное употребление двух образных ФЕ slow coach и grease the wheels; 6) двойная актуализация ФЕ grease the wheels употребляется в буквальном смысле – смазать колеса.
Итак, проанализировав роман Ч.Диккенса «Посмертные записки Пиквикского клуба», мы пришли к выводу, что к отличительным, индивидуальным чертам, характерным для стиля относится использование широкой гаммы выразительных средств, которые делают его речь более яркой и запоминающейся.
Особое место занимают лексические выразительные средства. Ч. Диккенс использует множество образных фразеологических оборотов, которые делают облик и речь героев необыкновенно впечатляющими. Автор не только использует образные фразеологизмы в их узуальном значении, но и в окказиональном, в результате чего усиливается образность ФЕ, у них появляется другая стилистическая тональность, меняется значение. В результате, преобразованные ФЕ оказывают влияние на контекст, повышая его экспрессивность, эмотивность и художественную выразительность.

2.2 Образные фразеологизмы в комедии В. Шекспира «Много шума из ничего»

Во времена В. Шекспира полным ходом шло развитие национального английского языка, который вытеснял латинский и французский языки. Изощренность языкового выражения в XVI в. явилась следствием причин: это и возникновение нового стиля художественной прозы, в котором проявился своеобразный протест против простого, безыскусного языка прозы религиозного характера и языка переводов библии, и более глубокие идейные языковые устремления литературной элиты доказать, что английский язык столь же богат художественно-изобразительными средствами, как греческий и латинский [14, c. 59].
В комедии В. Шекcпира «Много шума из ничего» ("Much Mo about nothing") мы видим особенно изощрённую, изящную игру слов, целые турниры острословия.
Рассмотрим двойную актуализацию фразеологизмов в речи этих и других персонажей названной пьесы Шекспира. ФЕ at somebody's elbow имеет значение рядом, под рукой:
Вorachio: Conrade, I say.
Соnrade: Here, man, I am at thy elbow.
Borachio: Mass, and my elbow itcht, I thought there would a scab follow (Act III, Sc. 3).
Конрад использует образный фразеологизм, чтобы сообщить, что он находится недалеко от Борачио. Борачио же в ответной реплике изымает из ФЕ отдельный её компонент elbow, используя его уже в качестве самостоятельной языковой единицы со всеми потенциальными возможностями реализации её семантической структуры. Таким образом, он восстанавливает внутреннюю форму фразеологизма, воспринимает данный оборот как переменный прототип ФЕ.
Существительное, которое обыгрывается в тексте, при повторении может быть заменено местоимением it.
Benedick: Tarry, good Beatrice. By this hand, I love thee.
Beatrice: Use it for my love some other way than swearing by it. (Act IV, Sc. 1).
Бенедикт клянётся, что любит Беатриче. Всяческие клятвы вообще были очень распространены в языке пьес того времени, и by this hand - одна из многочисленных образных ФЕ с этим значением и обычно воспринимается не как конкретная клятва рукой, а как клятва вообще. В тексте же пьесы Беатриче обыгрываете именно буквальное значение слова hand. Она предлагает Бенедикту не клясться своей рукой, а использовать её с большей пользой. Реплика Беатриче "Use it...", служащая стилистическим актуализатором ФЕ, семантически поддерживает существительное hand в его буквальном значении. Таким образом, двойная актуализация фразеологизма создаётся путём шутливого комментария к одному из компонентов.
Через несколько реплик снова употребляется та же ФЕ. Казалось бы, она реализуется во внутрифразовом контексте как обычная клятва:
Benedick: ... By this hand. Claudio shall render me a dear account. (Act IV, Sc. 1).
Однако с учётом предыдущей фразы Бенедикта значение фразеологизма воспринимается несколько по-другому; это не просто клятва а контекстуальная конкретизация ФЕ:
Benedick: ... I will kiss your hand, and so I leave you. By this hand. Claudio shall render me a dear account.
Значение фразеологизма not to be in somebody's books - быть на плохом счету. Именно так употребляет его гонец в от¬вет на нелестные слова Беатриче о Бенедикте:
Messenger: I see, lady, the gentleman is not in your books (Act 1, Sc.1).
Беатриче соглашается с ним и сейчас же обыгрывает значение од¬ного из компонентов образного фразеологизма (слово books, которое имплицитно подразумевается в следующей реплике):
Beatrice: No, an he were (in my books) I would burn my study.
Здесь автор возвращает слову books его лексическую самостоятельность, выделяя из фразеологизма и употребляя в прямом значении. Комический эффект создаётся путём сталкивания семанти¬ки ФЕ и последующего контекста. В нашем языковом сознании начина¬ют сосуществовать ФЕ и его переменный прототип - в списках, в книге.
Следующий анализируемый отрывок отличается особой интенсивностью насыщения фразеолого-стилистическими средствами. Здесь реализуются три созвучных и близких по структуре фразеоло¬гизма: by my sword (клянусь мечом), to eat sword (полу¬чить удар мечом, холодным оружием), to eat one’s word (взять свои слова обратно), причем все три ФЕ подвергаются буквализации. Перед нами - искусно построенная Шекспиром языковая шарада, где тесно переплетаются и перекрещиваются узуальные и окказиональные смысловые планы названных фразеологизмов.
Benedick: By my sword. Beatrice, thou Lovest me.
Beatrice: Do not swear by it, and eat it.
Benedick: I will swear by it that you love me;
and I will make him eat it that says I love not you.
Beatrice: Will you not eat your word?
Benedick: With no sauce that can be devised to it. I protest I love thee (Act IV, Sc. 1).
Здесь Шекспир демонстрирует перед читателями особенности семантики именно слова eat, вокруг которого организуются все остальные языковые средства.
Интересную реализацию находит у В.Шекспира фразеоло¬гизм to lead apes in hell. Мы рассматриваем её в широком кон¬тексте:
Beatrice: Не that hath a beard is more than a youth, and he that hath no beard is less than a man; and he that is less than a man, I am not for him: therefore I will even take sixpence in earnest of the bearward, and lead his apes into hell.
Leоnato: Well, then, go you into hell?
Beatrice: Ho, but to the gate: and there will the devil meet me like an old cuckold, with horns on his head, and say Get you to heaven, Beatrice, get you to heaven; here's no place for you maids so deliver I up my apes, and away to Saint Peter for the heavens; he shows me where the bachelors sit, and there live we as merry as the day is long (Act II, Sc. 1).
Беатриче говорит, что мужчины ей вообще не нравятся, она на¬строена и против бородатых, и против безбородых, и поэтому она уж лучше отведет обезьян в ад. Для того, кто незнаком со значени¬ем ФЕ to lead apes in hell, может показаться странным такое «желание» Беатриче, и реплика останется непонятой. А дело в том, что по старинному английокому поверью старым девам суждено нян¬чить обезьян в аду. Используя сложившийся на основе поверья фразеологизм, имеющий значение «остаться в старых девах», Беатриче намекает на то, что вообще не собирается выходить замуж.
У Шекспира оборот to lead apes in hell подвергнут небольшой трансформации: предлог in заменён словом into. Этот оборот шутливо воспринимается персонажами пьесы как переменное сочетание. Ближайшее речевое окружение ("I will take sixpence in earnest of «be bearward") соответствует именно этому смыслу, а дальнейшие реплики поддерживают это прямое понимание оборота. Леонато, делая вид, что он воспринял ФЕ как переменное сочетание, продолжает иг¬ру, спрашивая: "Well, then, go you into hell?". Он извлекает из оборота якобы свободную лексему hell и развертывает семантиче¬ский план переменного сочетания. Беатриче продолжает эту тему, снова и снова расширяя стилистический контекст, который семантически поддерживает переменный прототип ФЕ. Происходит дефразеологизация ФЕ с помо¬щью развития значения его переменного прототипа.
Итак, на примере нескольких ФЕ в пьесе В. Шекспира «Много шума из ничего» мы попытались показать, насколько ярко и умело пользуется великий драматург отдельными особенностями семантики фразеологизмов. Чаще всего буквализация реализуется путём обыгрывания значения одного из компонентов фра¬зеологизма. Автор извлекает слово из состава фразеологизма и упо¬требляет его как самостоятельную лексему, организуя соответствующим образом контекст. Само обыгрываемое слово может присутствовать в контексте (при¬меры с фразеологизмами by this hand, to lead apes in hell) или же его присутствие может только подразумеваться (примеры с ФЕ not to be in somebody's books, to eat one's word). Важно, что оно находит в речевом окружении определенное смысловое соответствие.
В. Шекспир искусно переплетает игру слов и двойную актуализацию фразеологизмов. Пользуясь двуплановостью семантики фразеологизмов, В. Шекспир по¬рой подвергает ФЕ буквализации дважды - сначала с помощью той час¬ти контекста, которая расположена перед фразеологизмом, затем вновь - с помощью контекста, следующего за ним. Кроме того, В. Шекспир подчас буквализирует фразеологизм одновременно с помощью обыгрывания буква¬льного значения одного из компонентов фразеологизма, и с помощью актуализации его внутренней формы (пример реализации фразеологизм - to lead apes in hell) [14, с.61-63].
Таким образом, в пьесах В.Шекспира фразеологизмы часто подвергаются буквализа¬ции не с целью их обновления, не с целью придания большей вырази¬тельности уже не воспринимающимся метафорически ФЕ, поскольку мно¬гие из них в тот период сами по себе являлись фразеологическими неологизмами, и образный план их значений ясно ощущался носителя¬ми языка. Подвергая подобные фразеологизмы буквализации, В.Шекспир стремится привлечь внимание читателей к глубине их значений, показать вcе их многоцветные семантико-стилистические грани. В этом - проявление общего стремления писателей того времени к экспериментированию над словом, увлечение эстетическими свойствами слова, столь характерные для литературы XVI - начала ХVII века.

2.3 Авторские обороты как источник возникновения образных фразеологизмов

Как известно, авторские обороты являются одним из важнейших источников пополнения фразеологического фонда языка. Некоторые из авторских оборотов встречаются в том или ином контексте и их можно назвать контекстологизмами, другие же являются названиями или входят в состав названий литературных произведений или части их, например глав, и их можно назвать текстологизмами. Примерами текстологизмов могут служить: “The Stars Look Down” (название романа А. Кронина), A skeleton in the closet (использование Теккереем в качестве названия одной из глав романа “Newcomes”) и др.
Природу авторских оборотов нельзя считать окончательно установленной. Они являются единицами индивидуальной авторской речи и обладают рядом свойств, отличающих их как от ФЕ, так и от переменных сочетаний слов.
Авторские обороты являются индивидуализмами, а не общественным достоянием в том смысле, что они не упот¬ребляются бесконечное число раз как элементы коммуникации. Вследствие этого, они не фиксируются ни в толковых, ни во фразеологических словарях, в так называемых “Word Finders”, т.е. в словарях сочетаемости слов. Авторские обороты фиксируются в словарях цитат или в словарях языка писателя. Их социальный характер обусловливается тем, что их значение понятно читателям [34, c.49].
Вследствие использования авторских оборотов преимущественно в единичных контекстах, для этих оборотов харак¬терна однозначность и узость объема зна¬чения, т.е. его денотативного аспекта, и единичная сочетаемость или соотне¬сенность. Авторским оборотам, в отличие от многих ФЕ, несвойственна утрата внутренней формы.
Ав¬торские обороты, выходя за рамки индивидуального употребления, становят¬ся потенциальными фразеологизмами и постепенно превращаются в ФЕ. В отличие от авторских оборотов ФЕ допускают различные изменения как нормативные, так и окказиональные. Переменные сочетания подвергаются зна¬чительно большим изменениям, чем ФЕ, в частности, допускают замену любого компонента его синонимом в соответст¬вии с требованиями ситуации. Перемен¬ные сочетания слов свободно образуются по структурно-семантической модели. Все эти особенности авторским оборотам несвойственны. При переходе ав-торских оборотов в ФЕ и расширении числа контекстов, в которых они употребляются, стилистические функции этих оборотов часто расширяются [17, с. 50].
Например, оборот The observed of all observers - центр всеобщего внимания ввел Шекспир. Его употребляет Офелия для характерис¬тики Гамлета:
Ophelia: O, what a noble mind is
here o'erthrown...
The observ'd of all observers… (W. Shakespeare. Hamlet. Act III)
В современном английском языке данный оборот можно употребить в отношении любого лица. Таким образом, произошло расширение объема значения
С течением времени может произойти также переосмысление оборота с буквальным значением: One's pound of flesh - фунт мяса.
У Шекспира оборот встречается в нескольких контекстах и сочетается с рядом глаголов: claim, cut, demand, have, spare, take.
S h y 1 o c k: ... the pound of flesh which I demand of him
is dearly bought it's mine and I will have it.
(W. Shakespeare. The Merchant of Venice, Act. IV, sc. 1.)
В современном английском языке оборот полностью переосмыслен и означает точное количество, причитающееся по закону.
Переосмысление образного выражения произошло с Шекспировским оборотом a sad dog, имевшего значение мрачный пес, угрюмый человек.
King Richard: What are thou? And how comes thou hither,
Where no man never comes, but that sad dog
That brings me food to make misfortune live.
(W. Shakespeare, King Richard II, Act V, sc. 5.)
В современном английском языке данный оборот употребляется в значении шутник, весельчак, шалопай, повеса. Оборот полностью переосмыслен и приобрел значение, антонимичное тому в котором его употреблял Шекспир. Изменилась и стилистическая окраска оборота, так как вместо резко отрицательной окраски он приобрел шутливую:
He was pleased that she should think he had been a sad dog and he changed the conversation so as to make her be¬lieve he had all sorts of romantic things to conceal (W. S. Maugham, Of Human Bondage. Ch. 32.).
Многие авторские обороты в современном английском языке обросли вариантами как лексическими, так и грамматическими:
Gloucester: The trick of that voice I do well, remember;
It’s not the king?
Lear: Ay, every inch a king...
(W. Shakespeare. King Lear. Act IV, sc. 6.).
Шекспиризм every inch и его послешекспировский вариант every inch of, восходящие к переменным словосочетаниям, широко употребляются в современном английском языке. Шекспировский оборот употребляется с положительной окраской. ФЕ every inch стала сочетаться с самыми различными существительными и употребляется как с положительной, так и с отрицательной окраской.
Для ряда авторских оборотов характерно развитие от безобразно¬сти к образности, от прямого значения к переосмысленному за пре¬делами произведения, в котором они употребляются в прямом зна¬чении. Другие авторские обороты употребляются как образные уже в первоисточнике. Это в особенности справедливо по отношению к «по¬этическим» авторским оборотам, таким как:
the feast of reason and the flow of soul (A.Pope).
fools rush in where angels fear to tread
like angel visits few and far between (T.Campbell) и т.д.
Образная ФЕ a (little) rift within the lute берет свое начало в поэме А.Теннисона:
It is the little rift within the lute,
That by and by will make the music mute,
And ever widening slowly silence all (А.Tennyson Idylls of the King).
Уже в стихотворении А. Теннисона создается символический образ трещины, которая, увеличиваясь, приводит к полному разладу, дисгармо-нии. Поэтический текст наделяет оборот способностью к обобщенно-образному, переносному употреблению. Именно в этом метафорическом значении оборот употребляется в других контекстах. Сначала его употребление имеет характер цитирования, он не сливается с тек¬стом, не ассимилируется с ним:
It' looked rather as though a flaw might be developing in his beautiful rounded theory. It is the little rift within the lute, he thought, mournfully, that by and by will make the music mute. But he shook his head angrily. Tennyson or no Tennyson, he wasn't going to abandon the position without a struggle (D. Bayers, Busman' s Honeymoon).
Затем оборот начинает больше приспосабливаться к тексту, стано-вится конкретно-направленным, допускает добавление компонентов, и изменение грамматической формы. Стилистическая окраска из тор-жественной, печально-траурной становится прозаической, бытовой:
If a man could not hide little rifts in the lute from one so good and humble and affectionate, he wasn't fit to live (J. Galsworthy, The Dark Flower);
A few tried, and one or two pretended, to find rifts in the Postgates matrimonial lute, but these were so obviously unfoun¬ded, that they passed into a joke, a joke against the gossips (L.P. Hartley, Two for the River).
Прием вклинивания становится возможным потому, что оборот приобретает целостное, переосмысленное фразеологическое выражение и фиксированную форму.
Итак, при употреблении авторских оборотов в нескольких контекстах возможны ограниченные изменения. Выходя за рамки индивидуального употребления, авторский оборот превращается в потенциальный фразеологический и затем в ФЕ. Характер авторского контекста оказывает определенное влияние на перспективу развития авторских оборотов, где контекст выступает как фактор, способствующий созданию обобщенно-образного значения авторских оборотов, выявляя их по¬тенции как будущих фразеологизмов.

2. 4 Идиофразеоматизмы в творчестве английских писателей

Влияя на общелитературный язык в целом, терминология науки, техники, искусства, культуры, спорта способна оказывать большое воздействие и на его отдельные стороны, в частности, на фразеологию.
На заре становления фразеологии терминология не рассматривалась в числе источников фразеологизмов [10, с. 15]. Но к 50-м годам, когда в лингвистике был накоплен значительный опыт подробного рассмотрения языка произведений различных писателей, А. И. Ефимов, анализируя в своей монографии язык прозы и писем А.П. Чехова, указывал, что наряду с фразеологией художественных произведений, народной, бытовой и церковно-книжной употребляется также фразеология производственно-техническая, научно-терминологическая, судебно-юридическая [11, с. 12].
Выделение данных типов фразеологии приводит к следующему выводу: на основе терминологии различных областей науки, техники, искусства, культуры возникают и успешно функционируют в языке идиофразеоматические единицы.
Обратившись к работе A.M. Бабкина «Русская фразеология, ее развитие и источники» [7, с. 143], мы отмечаем среди названных источников наличие языка писателя, ФЕ, возникшие на основе иноязычных текстов и принадлежащие деятелям искусства, философам. A.M. Бабкин выделяет среди этих источников термины и подчеркивает, что эта лексика имеет важное значение для всего языка и, в частности, для фразеологии. А. М. Бабкин замечает, что «общелитературный язык порывает с терминологическим значением и развивает смысловые оттенки, целиком принадлежащие сфере бытового употребления. Это обычно происходит с терминологическими сочетаниями, приобретающими в общелитературном языке свое специфическое более широкое значение» [7, с. 144].
Появление терминов, закрепление их в специальной лексике не могло не сказаться на литературном языке и речи субъектов, так как языковая деятельность как неотъемлемая часть человеческой деятельности объективно обусловлена, она определяется также прагматической соотнесенностью субъекта с внешними предметами.
Традиционно структура любых языковых явлений подвергается анализу с точки зрения частей речи, непосредственно их составляющих. В нашем исследовании, принимая во внимание двуплановость ФЕ, мы рассмотрим их с точки зрения лексической организации.
Идиофразеоматизмы в соответствии с их лексическим составом делятся на:
1. ФЕ, содержащие только термины: acid test, chain reaction, shift gears, at a discount;
2. ФЕ, в составе которых присутствуют как термины, так и нетермины: tidal wave, of the first water, the villain of the peace, have one's finger on the pulse, low-water mark, lucid interval, a short fuse
3. ФЕ, состоящие только из общеупотребительных слов: to make heavy weather, second wind, go to earth, be down and out, draw a blank, to fight shy, haul in one's sails.
Известно, что обязательным условием при образовании ФЕ является переосмысление. Эта связь в синхронном аспекте осуществляется через внутреннюю форму фразеологизма. Закономерности процесса фразеологизации, как одного из проявлений вторичной номинации в языке, по мнению лингвистов, можно проследить через сопоставление семантики прототипа и сформированной на ее основе семантики ФЕ, т.е. через сопоставление предшествующего и последующего этапов эволюции языковой формы.
Природой идиофразеоматических единиц являются термины различных областей знания и социальной сферы. Идиофразеоматизмы теснейшим образом связаны со своими прототипами - терминами.
«Лидерами» в области образования идиофразеоматизмов являются спортивная, морская, военная терминологические системы, на долю которых приходится самое большое число идиофразеоматизмов - 81,5% от общего числа единиц. Все остальные терминологии имеют 18,5% от общего количества рассматриваемых единиц [28, с. 4].
Рассмотрим некоторые идиофразеоматизмы используемые в английской художественной литературе возникшие из спортивных терминов:
even the score - сквитаться, занять равное положение (букв. сравнять счет)
I could only glare at her in helpless silence. The flicker of derisive amusement in her eyes, as she moved to the door, showed her satisfaction the score between us and put me in my place (A .J. Cronin, Shannon's Way, Book II, Chapter V).
Мне оставалось лишь молча сверлить ее ненавидящем взглядом. А в ееглазах, когда она шла к двери, светилась ироническая усмешка; уж оченьона была довольна, что поквиталась со мной и поставила меня на место.
Другой пример использования спортивного термина also ran в художественной литературе:
Every one who goes to Charlestone in the spring, soon or late, visits Magnolia Gardens... it consigns the Baboli at Florence... to the category of «also ran» (J. Galsworthy, Caravan).
Каждый, кому случится попасть в Чарлстон весной, рано или поздно побывает в «Саду Магнолий»... «Баболи» во Флоренции не выдерживает с ним никакого сравнения.
Чтобы понять, о чем идет речь, надо помнить, что спортивный термин also ran означает «неудачливый участник состязания», когда в отчетах о скачках или бегах имена лошадей, не занявших призового места, приводятся после сведений о победителях. Это перечисление начинается словами also ran. Внутренняя форма термина целиком перешла в образный фразеологизм, переосмысленное его значение - неудачник; не выдерживающий сравнения.
Следующий термин come to grief относится к области скачек, он означает упасть, упасть с лошади. Данный термин явился источником возникновения идиофразеоматизма, который приобрел переосмысленное значение: плохо кончить, попасть в беду, хлебнуть горя.
You are all alike: you won't be satisfied till you’ve done what you want. If you must come to grief, you must; I wash my hands of it (J. Galsworthy, The Man of Property, Part I, Chapter II).
Bсe вы одинаковы: не успокоитесь, пока не добьетесь своего. Если тебе суждено хлебнуть горя, ничего не поделаешь, я умываю руки.
В произведении идиофразеоматизм используется для характеристики душевного состояния старого Джолиона и его внучки Джун. Дед чувствует, что влечение Джун к Боссини не приведет ни к чему хорошему, и оставляет решение за внучкой.
Следующая группа - единицы, восходящие к морской терминологии. Современная английская морская терминология образовалась на основе незначительного количества заимствований и исконно-английских слов [29, с. 16]. Такими словосочетаниями, этимологически связанными с морской терминологией, являются: answer the helm, back and fill, between wind and water, box the compass, get to the windward of smb., high / low water mark, shape one's course, to take the wind out of smb 's sails и другие.
Появление в английском языке идиофразеоматических единиц, генетически связанных с морем, вполне закономерно: этому способствовала занятость большого количества населения Англии в сфере морского дела. Так как Великобритания - островное государство, единственным средством сообщения которого с другими странами всегда было море.
Рассмотрим некоторые идиофразеоматические единицы, которые были образованы от морских терминов и профессионализмов. Среди таких единиц есть образные ФЕ, образованные от названий положения корабля в море, например, between wind and water.
Идиофразеоматизм between wind and water образован от термина на уровне или ниже ватерлинии. Фразеологическое значение, которое развилось на базе терминологического, соответствует выражению не в бровь, а в глаз, т.е. в наиболее уязвимое место.
Mr. Elderson got it between wind and water. He didn’t like it a little bit (J. Galsworthy, The White Monkey, Part III, Chapter II).
Мистер Элдерсон оказался в уязвимом положении, и ему это не понравилось.
Рассмотрим также идиофразеоматизм sail near / close to the wind. В качестве термина данный идиофразеоматизм имеет значение идти круто к ветру, идти насколько возможно против ветра. Следующий пример доказывает, что термин вошел в повседневную речь, и теперь может быть с полным правом идентифицирован как идиофразеоматизм и имеет значение быть на шаг от нарушения закона или приличия, поступать рискованно, рисковать своим положением, набедокурить.
Речь идет об употреблении словосочетания sail near / close to the wind в романе A. Кристи «Десять негритят» (А. Christie, Ten Little Niggers).
Уже в главе I, знакомя читателей с участниками будущих трагических событий, автор, описывая Филиппа Ломбарда, так характеризует его, причем передается внутренняя речь персонажа:
Lombard's own lips parted in a grin. By god, he'd sailed pretty near the wind once or twice! But he’d always got away with it (A. Christie, Ten Little Niggers. Ch. One, III).
Губы Ломбарда растянулись в улыбке, Боже милостивый, он был несколько раз на шаге от нарушения закона! Однако он всегда выходил сухим из воды.
Коннотативно окрашенный идиофразеоматизм передает самодовольство и уверенность в себе человека, уже не раз нарушавшего закон.
В другом контексте, когда Филиппа Ломбарда постигла участь всех находившихся на острове преступников, и он был убит одним из последних, в устах полицейского, расследующего их преступления, идиофразеоматизм подчеркивает принадлежность персонажа к преступному миру:
Now, Philip Lombard. Lombard has been mixed up in some very curious shows abroad. He's sailed very near the law once or twice. Got a reputation for daring and for not being over- scrupulous sort of fellow who might do several murders in some guiet out-of-the-way spot (A.Christie, Ten Little Niggers, Epilogue).
Итак, Филипп Ломбард. Ломбард был замешан в нескольких странных преступлениях за границей. Он несколько раз преступал закон. Ломбард получил репутацию бесстрашного, безнравственного парня, который мог совершить несколько убийств в тихом, богом забытом месте.
Таким образом, в идиофразеоматизме sail near / close to the wind слово wind заменено существительным law, что усиливает значение этого выражения: персонаж не просто рисковал своим положением, он совершил несколько преступлений, за которые и понес наказание, пусть даже и не от органов правосудия.
Следующая группа рассматриваемых идиофразеоматизмов, эта группа, связанная с большим количеством войн и битв в истории Британии, которые оставили след в военной терминологии, а та, в свою очередь, стала основой для появления двуплановых единиц – идиофразеоматизмов. В английском языке функционируют идиофразеоматизмы, восходящие к военным терминам: bring up the rear, call a halt to smb., close the ranks, fight shy, give battle, hold one's fire, lose ground, show fight, take cover и другие.
Приведем примеры, которые иллюстрируют, как семы из военных команд повлияли на внутреннюю форму идиофразеоматизмов и отразились на их фразеологических значениях. Например: bring up the rear. Данный идиофразеоматизм обозначает замыкать шествие.
He led the way. Crome followed him, then Poirot, then Kelsey, and I brought up the rear (A. Christie, The ABC Murders, Chapter X).
Он возглавлял колонну. За ним следовал Крэум, Пойрэт, затем шел Кэлси, а я замыкал шествие.
Следующий военный термин no man's land, означающий «ничейная полоса, нейтральная зона», стал прототипом идиофразеоматизма, фразеологическое значение которого - нейтральная зона, свободное пространство - реализуется в следующем примере:
Strange that she hadn't thought to check on that before, ft had seemed so important in Paris... Her heavy eyelids fluttered open and closed again. She drifted off to a peaceful no man's land - no Harry, no Justin, no Galium - and slept as untroubled as a baby (A.Beaumont, «Secret Whispers», Chapter V).
Странно, что она не додумалась проверить это заранее. В Париже это было очень важно... Ее тяжелые веки судорожно открывались и закрывались. Она устроилась в спокойном, безлюдном местечке, где не было ни Гарри, ни Джастин, ни Коллэма, и уснула, словно беззаботное дитя.
С развитием научно-технической революции и ее языка происходит образование новых терминов, причем нередко термины-неологизмы становятся также частью фразеологического фонда языка.
Приведем примеры использования одного из широко употребительных идиофразеоматизмов in terms of (в переводе на, на языке, говоря языком (этим, мат.)). Проследим использование данного словосочетания в качестве фразеологизма, точнее идиофразеоматизма, в контексте различных художественных произведений:
Naturally I had been thinking in terms of lonely outhouses and underground cellars... (P. G. Wodehouse, Pigs Have Wings, Chapter X).
Как и следовало ожидать, я смотрел на все это глазами пустынных надворных построек и подвалов.
Hitherto he had thought only of this marriage in terms of its benefit to his son. But now he thought of Cora, and suddenly he said: «Are you happy, Cora?» (A. J. Cronin, The Northern Light, Ch. IX).
До сих пор он смотрел на этот брак исходя из интересов своего сына. А сейчас он подумал о Коре. И вдруг спросил: «Вы счастливы. Кора?»
Не brooded incessantly and saw all things in terms of the bleakest despair. (R. Aldington, Death of a Hero, Part III, Chapter XIU).
Он размышлял упорно и мрачно, все представлялось ему в черном свете...
Использование данного идиофразеоматизма в его переносном значении практически не отражает его терминологическую природу.
На основании проведенного анализа мы приходим к выводу, что, рассматривая семантическую структуру идиофразеоматизмов, необходимо отметить наличие фактора коммуникативной игры, осуществляемой с помощью данных единиц. Суть ее в том, что говорящий (автор) выражает свою мысль не прямо, а опосредованно, он предлагает читателю самому сделать умозаключение и тем самым «восстановить закодированное сообщение» [29, с. 159].
И если в случае реализации идиофразеоматизмом исходного, терминологического значения, закодированность не присутствует вообще, то при употреблении такого словосочетания в художественной литературе именно читатель восстанавливает закодированное сообщение и дает оценку поступкам героев, их мыслям, создавая с помощью этого образ героев в своем воображении. В данном случае мы говорим о денотативном и коннотативном компонентах значения идиофразеоматических единиц.
Несмотря на то, что ФЕ терминологического характера лишены эмоционально-оценочного плана, они «коннотативно маркированы своей принадлежностью к определенным сферам знаний» [29, с. 11]. При употреблении их в контексте художественной литературы, наряду с денотативным компонентом значения, фразеологическая коннотация обуславливает семантическое преобразование идиофразеоматизмов.

Итак, одним из излюбленных художественных приёмов и В.Шекспира, Ч. Диккенса и других английских писателей является обыгрывание значения фразеологизма в целом и буквального, прямого значения одного из его компонентов, столкновение этих значений. Это может быть выхватывание одним персонажем отдельного компонента фразеологизма, входящего в предыдущую реплику собеседника, своеобразный подхват, причем если в первой реплике это слово встречается в качестве компонента фразеологизма, то во второй оно ставится в такие речевые условия, где восполняет свою лексико-семантическую структуру, возрождает свои лексические связи. В сознании читателей одновременно сосуществуют «фразеологически связанное» и самостоя¬тельное значения одного и того же слова. Резко повышается образность фразеологизма, он как бы выделен в контексте красной чер¬той благодаря противопоставлению двух речевых окружений бифункционального слова - фразеологического и лексического контекста.
В своем воздействии на язык писатели занимают активную позицию, участвуя не только в отборе, но и в создании нормы. Однако, расширяя и видоизменяя норму, мастера слова ориентируются на уже установившуюся норму языка. Так происходит постоянное взаимодействие и взаимовлияние между языком художественной литературы и общелитературным языком. Фразеологизация авторских оборотов приобретает фразеологическую устойчивость. Для ряда ФЕ используемых английскими писателями в своих произведениях характерно развитие от безобразности к образности, от прямого значения к переосмысленному.
Большую роль в творчестве многих английских писателей играют и идиофразеоматизмы. Семантической основой идиофразеоматических единиц при их использовании в различных контекстах являются терминологические семы, находящиеся в латентном состоянии. Они также влияют на создание образности и коннотативной окрашенности фразеологических единиц, причем на семантику идиофразеоматических единиц оказывает влияние терминологическое значение, которое является базисом для фразеологического.

Заключение

Мы часто читаем и слышим фразу «Язык - живое существо», но большинство из нас не задумывается, как и почему это так. Живые существа растут и изменяются, то же самое происходит и с языком. Любой человек легко уловит разницу между английским Шекспира и языком современных авторов. Лексический состав любого языка, как известно, та часть языка, которая непосредственно отражает все происходящее в жизни говорящего на данном языке. Так как общей тенденцией современного английского языка является переход к более широкому использованию идиом, весьма важным является изучение такого аспекта языкознания как фразеология. Фразеологические единицы – это не только отдельная часть языка, которой можно пользоваться или не пользоваться - они формируют существенную часть общего словаря английского языка.
Следует подчеркнуть, что фразеологизмы – это не только разговорные единицы, как полагают многие люди. Они могут употребляться и в формальном стиле речи, и в сленге. Их можно встретить в поэзии или в языке Шекспира или Библии.
Английский язык очень богат фразеологическими выражениями, которые формируются как результат длительного пользования, и это иногда видно из ее словаря. Например, ФЕ to buy a pig in a poke означает покупать то, что заранее не осмотрено и что стоит меньше, чем заплачено. Слово poke – это старое название мешка (sack). В современном английском poke с этим значением встречается только в данном обороте. Поэтому ясно, что эта ФЕ используется гораздо дольше, чем индивидуальное слово.
Таким образом, богатство выразительных средств любого языка является показателем уровня его развития и степени его совершенства.
Наряду с чисто нацио¬нальными фразеологизмами в английской фразеологии имеется много интернациональных фразеологизмов. Ан-глийский фразеологический фонд - сложный конгломерат исконных и заимствованных фразеологизмов с явным пре¬обладанием первых. В некоторых фразеологизмах сохра¬няются архаические элементы - представители предшествующих эпох.
По числу фразеологизмов, обогативших английский язык, произведения В. Шекспира занимают второе место после Библии. Число их свыше 100. Но Шекспир не только создавал новые ФЕ, но и использовал уже существующие, а также творчески перерабатывал их в своих произведениях.
Ч. Диккенс также блестяще использовал фразеологическое богатство английского языка, мастерски употребляя уже готовые, устойчивые фразеологичес¬кие обороты, и, наряду с тем, создавал новые, порой виртуозные инновации на базе окказионального использования образных ФЕ.
Игра словами была одним из излюбленных литературных приемов и В. Шекспира и Ч. Диккенса. Образные фразеологизмы - прекрасный материал для такой «игры». Они представляют собой благодатную почву для литературного экспериментирования. Особым образом организует контекст, авторы ставят слово в такие речевые условия, в которых реализуются различные стороны его семантики, позволяя авторам осуществить свой художественный замысел. Авторы не только развлекают читателей своим острословием, но и пытаются доставить им особое эстетическое удовольствие. Их герои «играют в слова», перебрасываясь точными и острыми репликами. Именно в диалогах главных персонажей произведений В. Шекспира и Ч. Диккенса чаще всего встречается такая «игра слов», когда один персонаж выхватывает слово из реплики другого, окружает его иным по смыслу контекстом и открывает новые стороны его семантики.
Язык английских писателей вызывает вос¬хищение именно благодаря умению употребить и обновить тот или иной фразеологизм, создать свежий образ, придать фразеологическому обороту нужный стилистический оттенок. При этом они широко используют различные способы контекстуального преобразования образных фразеологических единиц, создавая определен¬ное эмоционально-стилистическое напряжение.
Подводя итог и принимая во внимание поставленные задачи, можно сказать, что английская фразеология, очень богатая по форме и семантике, нашла самое широкое применение в английской литературе. Образные фразеологизмы делают произведения более яркими и живыми. Фразеологический фонд обеспечивает обогащение литературного языка новыми выразительными возможностями и средствами.
Научная значимость дипломной работы состоит в том, что проведенное исследование позволяет наметить следующие направления изучения фразеологии:
- специальное исследование ФЕ в диахроническом плане;
- изучение различных структурных типов ФЕ;
- исследование влияния экстралингвистического фактора на образование ФЕ.
Всестороннее изучение фразеологической системы современного английского языка позволяет более глубоко проникнуть в сложную и разнообразную жизнь фразеологических единиц, получить представление об их основных структурно-семантических типах, узнать источники их возникновения, помогает объективно и правильно оценивать творческие поиски писателей и публицистов.

Список использованной литературы
1. Азарх, Н. А. Фразеологические единицы в современном английском языке/ Н. А. Азарх // Иностранные языки в школе.- 1956.- №6.- С.21.
2. Амосова, Н. Н. Основы английской фразеологии / Н. Н. Амосова. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1963. - 309 с.
3. Амосова, Н. Н. О диахроническом анализе фразеологических единиц. Исследования по английской филологии / Н. Н. Амосова. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1964.- 205 с.
4. Апресян, Ю. Д. К вопросу о значении фразеологических единиц / Ю. Д. Апресян // Иностранные языки в школе. - 1957. - №6. - С.12.
5. Арсентьева, Е.Ф. Сопоставительный анализ фразеологических единиц / Е.Ф. Арсентьева. - Казань: Изд-во Казанского университета, 1989. - 127 с.
6. Ашукин, Н. С., Крылатые слова / Н. С. . Ашукин, М. Г. Ашукина. - М.: Художественная литература, 1978. - 418 с.
7. Бабкин, A.M. Русская фразеология, ее развитие и источники / A.M. Бабкин. - Л.: Наука, 1970.-261 с.
8. Виноградов, В. В. Об основных типах фразеологических единиц в русском языке / В. В. Виноградов. - М.: Изд-во АН СССР, 1967. - 227 с.
9. Гак, В. Г. Проблемы лексико-грамматической организации предложения: Автореферат. Дис. …д-ра филол. наук / В. Г. Гак. - М., 1967.- 230 с.
10. Добровольский, Д. О. Сопоставительная фразеология / Д. О. Добровольский, В. Т. Малыгин, Л. Б. Коканина. - Владимир, 1990.- 315 с.
11. Ефимов, А.И. Об изучении языка художественных произведений / А.И. Ефимов. -М.: Наука, 1952.-142 с.
12 Казакова, Т. А. Практические основы перевода. Учебное пособие / Т.А. Казакова. - СПб.: Лениздат; «Союз», 2002. - 320 с.
13. Клековкина, Е. Е. Об особенностях двойной актуализации фразеологизмов. Фразеология и контекст / Е. Е. Клековкина. - Куйбышев: Куйбышевский ПИ, 1982. – 110 с.
14. Клековкина, Е. Е. Об основных путях образования фразеологизмов в английском языке XVI века. Диахрония и синхрония в словообразовании и фразеологии германских и романских языков. / Е. Е. Клековкина - Куйбышев, 1981, т.258.- 207 с.
15. Копыленко, М. М., Очерки по общей фразеологии / М. М. Копыленко, З. Д. Попова. - Воронеж: Изд-во Воронежского университета, 1989.- 320 с.
16. Кумачева, А. В. Фразеологические сочетания как часть словарного состава / А. В Кумачева. // Иностранные языки в школе. - 1953. - № 6. - С. 11.
17. Кунин, A.B. Курс фразеологии современного английского языка / А.В. Кунин. - М.: Высшая школа, 1996. - 331 с.
18. Кунин, А.В. Пути образования фразеологических единиц / А.В. Кунин // Иностранные языки в школе.- 1971.- №1.- С.8.
19. Кунин, А. В. Теория фразеологии Шарля Балли/ А.В. Кунин // Иностранные языки в школе.- 1966.- №3.- С. 17.
22. Кунин, А. В. Изучение фразеологии в советском языкознании / А.В. Кунин // Иностранные языки в школе.- 1967.- №5.- С. 61.
23. Кунин, А. В. Основные понятия английской фразеологии как лингвистической дисциплины. Англо - русский словарь / А.В. Кунин. - М.: Сов. энциклопедия, 1967. - 1245 с.
24. Ларин, Б. А. Очерки по фразеологии. Очерки по лексикологии, фразеологии и стилистике / Б. А Ларин. - Л.: ЛГУ, 1956. - №198. – 225 с.
25. На языке Шекспира. To be or not tobe. Английские изречения / Сост. С. Б. Барсов. - М.: ЗАО Центрполиграф, 2006. - 447 с.
26. Ожегов, С. И. О структуре фразеологии / С. И. Ожегов. - М.: Гос. изд-во иностранных и национальных словарей, 1957.- 223 с.
27. Реформатский, А.А. Мысли о терминологии: современные проблемы русской терминологии / А.А. Реформатский. - М.: Наука, 1986. - 198 с.
28. Ройзензон, Л. И. Совмещенная синонимия в сфере фразеологии/ Ройзензон Л. И., И. В. Абрамец // Вопросы языкознания. - 1969. -№2. - С. 19.
29. Савицкий, В.М. Английская фразеология: проблемы моделирования / В.М. Савицкий. - Самара: Изд-во «Самарский ун-т», 1993. - 171 с.
30.Смирницкий, А. И. Лексикология английского языка / А. И. Смирницкий.- М.: Изд-во литературы на иностранных языках, 1956. - 309 с.
31.Смит, Л. П. Фразеология английского языка /Л. П. Смит. - Гос. Учебно-пед. изд-во Министерства Просвещения РСФСР. - Москва, 1959. - 208 с.
32. Сухотин, В. П. Проблема словосочетания в современном русском языке.Вопросы синтаксиса современного русского языка / В. П. Сухотин. - М.: Изд-во литературы на иностранных языках, 1950. – 115 с.
33. Терентьева, Л. П. Авторские обороты и образованные от них фразеоматизмы в аспекте контекстной реализации. Фразеология и контекст / Л. П. Терентьева. - Куйбышев: Куйбышевский ПИ, 1982. – 110 с.
34. Хардина, М. В. Окказиональное использование фразеологических единиц с целью создания комического эффекта в романе Диккенса «Записки Пиквикского клуба». Английская фразеология и устойчивые нефразеологические словосочетания / М. В. Хардина. - М.: Изд-во литературы на иностранных языках, 1978, 178 с.
35. Шанский, Н. М. Лексикология современного русского языка / Н. М. Шанский. - М.: Изд-во литературы на иностранных языках, 1964. - 353 с.
36. Шафрин, Ю. Д. Идиомы английского языка. Опыт использования / Ю. Д. Шафрин. - М.: БИНОМ. Лаборатория знаний, 2003. - 558 с.
37. Английский сонет XVI – XIX вв. Сборник / Сост. А. Л. Зорина. – На англ. языке с параллельным русск. текстом. – М.: Радуга, 1990. – 698 с.
38. Bally Ch. Precís de stylistique / Ch. Bally. - Genéve, 1905. - 211 c.
39. Butler, S. The Way of All Flesh / S. Butler. - London, New York: Everyman Library Dent Dutton, 1976. - 400 p.
40. Christie, A. Ten Little Niggers. Selected Detective Prose / A. Christie. - Moscow: Raduga Publishers, 1989. - 365 p.
41. Cronin, A.J. Shannon's Way / A.J. Cronin. - Boston: Little, Brown and Co., 1978. -313 p.
42. Dickens, Ch. The Posthumous Papers of the Pickwick Club / Ch. Dickens. - Moscow: Progress, 1976. – 589 p.
43. Galsworthy, J. In Chancery / J. Galsworthy. - Brussels: Collins, 1961. - 285 p.
44. Galsworthy, J. The Man of Property / J. Galsworthy. - Moscow: Progress Publishers, 1950.-314 p.
45. Grove, V. The Language Bar / V. Grove. - London: Routledge and Kegan Paul, 1949. -148 p.
46. Maugham, W.S. The Summing Up / W.S. Maugham. - London: Heinemann, 1978. -317 p.
47. Potter, S. Our Language: Rev. Ed. / S. Potter. - London: Penguin Books, 1968. - 199 p.
48. Savory, Th.H. The Language of Science / Th.H. Savory. - London: Penguin Books, 1967.-168 p.
49. Wodehouse, P.G. Pigs Have Wings. A Blandings Story / P.G. Wodehouse. - London: Penguin Books, 1982. - 235 p.







Данные о файле

Размер 77.25 KB
Скачиваний 226

Скачать



* Все работы проверены антивирусом и отсортированы. Если работа плохо отображается на сайте, скачивайте архив. Требуется WinZip, WinRar