ГлавнаяКаталог работИстория → Образование СССР как многонационального государства
5ка.РФ

Не забывайте помогать другим, кто возможно помог Вам! Это просто, достаточно добавить одну из своих работ на сайт!


Список категорий Поиск по работам Добавить работу
Подробности закачки

Образование СССР как многонационального государства

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ




КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА
по Отечественной истории

Тема: Развитие СССР как многонационального
государства в 1932-1940 гг




Выполнила: студентка 1 курса,
з/о, гр. Ю-591 Вишнякова Л.Р.

Проверил: Кропотов А.О.





Йошкар-Ола
2005
СОДЕРЖАНИЕ

Введение. 3
Нацменьшинства в СССР. 5
Принятие Конституции СССР 10
Образование и культура 13
Репрессии 15
Присоединение новых республик 20
Заключение 22

Список использованной литературы. 23



ВВЕДЕНИЕ
В ноябре 1917 года в Декларации прав народов России как одно из начал деятельности советской власти было провозглашено «Свободное развитие национальных меньшинств и этнографических групп, населяющих территорию России» [5, 33]. Тогда же наряду с этим правом были установлены и такие начала как «равенство и суверенитет народов», их право на «свободное самоопределение вплоть до отделения», недопустимость каких бы то ни было «национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений».
Практически к этой работе приступили только с 1920 года, когда в соответствии с решениями XII Всероссийского съезда Советов начали собираться сведения о желании каких-либо национальных групп образовать свою административную единицу – губернию, уезд, район или волость.
Принятие Конституции СССР в 1924 году закрепило положение СССР, как многонационального государства.
В 20-е годы был взят курс на коренизацию, то есть выращивание местных кадров, опору на коренное население республики, но уже в конце 20-х политика меняется. Москва начинает отбирать у республик все права.
О развитии СССР в 30-е годы как многонационального государства в то время и в последующий период было написано большое количество трудов, но практически все они утратили свою актуальность. В наши дни этот вопрос по сути не освещён в литературе.
С учётом исторического опыта и с точки зрения русских национальных интересов рассматриваются некоторые аспекты развития СССР как многонационального государства А.И.Вдовиным в монографии «Русские в ХХ веке». Эта же тема затронута им и в статье «Национальная политика 30-х годов». Развитию СССР и изменениям его национальной политики с момента образования и до начала Великой Отечественной войны посвящена статья М.Я.Геллер «Союз нерушимый» [7, 89]. Многогранным проблемам федерализма, региональных и национальных отношений посвящён словарь «Национальные отношения», кроме словарного раскрытия тем в нём содержится и интересный статистический материал [8, 52]. Значительное место уделено рассмотрению развития СССР как многонационального государства в книге А.Д.Синявского «Основы советской цивилизации» [9,56], в основу которой был положен курс лекций, которые автор читал в Сорбонне. Большой интерес представляет книга профессора В.Г.Чеботарёвой «Государственная национальная политика в Республике немцев Поволжья» [11,34], в ней на примере Республики немцев Поволжья можно увидеть развитие одного из многих национальных образований в контексте общей советской национальной по-литики.



НАЦМЕНЬШИНСТВА В СССР
К началу 30-х годов в СССР входило 7 союзных республик, 10 автономных республик, 10 автономных областей и 10 автономных округов.
В соответствии с иерархией в национально-государственном устройстве Сталин утверждал представления о национальной структуре общества, согласно которому наряду с нациями нужно было различать народности, племена, Этнографические группы, национальные меньшинства. Таким образом, между национально-государственной и национальной структурами намечались некоторое соответствие и согласованность в движении: по мере своего развития народы достигают уровня современных наций и их национальная государственность поднимаетсяс низших ступеней на более высокие.
Считалось, например, что, обретя свою национальную территорию в виде Биробиджанского национального района, евреи СССР превращались в нацию и могли рассчитывать в дальнейшем на более высокий государственный статус. «Еврейство,- говорил по этому поводу М.И.Калинин, - которого в СССР насчитывается около трёх миллионов,
Пусть будет иметь хоть маленькую республику. И тогда каждый будет Знать, что эта национальность на нашей территории будет иметь Свой “государственный титул”» [5, 19]. Узаконение подобных представлений о развитии народов и их государственности в рамках СССР делало предметом забот каждого народа получение «государственного титула» всё более и более высокого ранга.
Поскольку в 20 – 30-е годы вся система национально-государственных образований рассматривалась прежде всего как форма реализации помощи отсталым национальностям, этот же принцип отчётливо проявился и при создании низших звеньев национально-территориальной организации СССР.
«Всесоюзный староста» М.И.Калинин, направлявший в соответствии со своей должностью работу в области советского строительства, неизменно подчёркивал, что на равноправие «нацменьшинств и нацбольшинств» в практической работе ориентироваться никак нельзя, поскольку само по себе оно не обеспечивает сокращения разрывав уровнях их развитости, «Мы должны поставить малую национальность всегда в немножко лучшие условия, в заметно лучшие условия для того чтобы сдвинуть её с места, чтобы затравленная долгим историческим ходом развития, материально не обеспеченная национальность поднялась на более высокий уровень» [5, 34].
Об этом же Калинин говорил и при открытии 2-го совещания уполнацменов в 1928 году «Для того чтобы создать атмосферу действительного развития национальных меньшинств, это условие должно быть лучшим, чем у метрополии, чем у коренного населения, потому что масса коренного населения всегда будет пользоваться известным преимуществом. Поэтому когда мы создаём условия дл политического развития национальных меньшинств, то они вытекают не из отвлечённого математического равенства, а из равенства, вытекающего из конкретных условий данного существования». Одним словом нацменьшинствам требовалось предоставить определённые преимущества, так как «только тогда они будут действительно уравнены».
Хорошие намерения, но вряд ли они могли быть осуществлены с одинаковой готовностью, как со стороны «метрополий» так и со стороны нацменьшинств. Исторические факты говорят, что наиболее последовательно установка на помощь нацменьшинствам проводилась в жизнь в РСФСР, где метрополию составляло русское национальное большинство. В других союзных республиках работа с нацменьшинствами налаживалась с большим трудом, ибо здесь часто и сама «метрополия» (коренная нация республики) скорее склонна была рассматривать себя нацменьшинством по отношению к «бывшей великодержавной нации», нежели самой выступать «старшим братом» по отношению к нацменьшинствам своего собственного национально-государственного образования. Призыв Г.К.Орджоникидзе к своим соплеменникам считать, что «грузины в Грузии – это великороссы в России, это «державная» нация… она является господствующей нацией в Грузии» и соответственно этому должна строить свои отношения с малыми народностями, населяющими республику, возмещая им объективно складывающееся не-равенство, не получил действенного отклика.
В публикациях 30-х годов не раз было отмечено, что националисты всеми правдами и неправдами выпячивающие вопрос о великодержавном национализме, у себя дома относятся высокомерно к малым народам проживающим на их территориях. В Азербайджане проявлялось «недопустимое отношение к нацменам»; талыши отмечал С.Диманштайн в 1930 году, «до последнего времени насильственно тюркизировались», много «ненормальностей» существовало и в отношении к курдам. «Имеется Курдистанский округ,- но он совершенно тюркизирован, хотя мы совершенно заинтересованы в самостоятельном развитии курдов, имеющих большое количество своих соплеменников почти рядом, по ту сторону границы».
В конце 20-х – первой половине 30-х годов национальные районы и сельсоветы являли собой наиболее массовую форму самоопределения национальностей в СССР. В РСФСР, например, к 1928 году было образовано 2930 национальных сельских Советов, 110 нацволостей, 33 нацрайона и 2 национальных округа. По данным на 1930 год числилось уже 127 нацрайонов и 4264 нацселельсовета. В феврале 1936 года отмечалось существование 580 нацрайонов в РСФСР.
На территории Советской Украины к июню 1935 года функционировали 28 нацрайонов (в том числе 9 русских, 8 немецких, 3 еврейских, 3 болгарских, 1 польский) и 1076 нацсельсоветов. В БССР в это время развивался 1 польский национальный район, 29 польских сельсоветов, 24 еврейских, 15 русских, 6 украинских, 4 латышских, 2 немецких, 1 литовский.
Особенно усилился и развился этот процесс в начале 30-х годов, в част-ности на основе принятого 19 декабря 1930 года постановления Президиума ВЦИК СССР «Об организации национальных объединений в районах расселения малых народностей Севера». Так, в РСФСР «наряду с 8 национальными округами было организовано, в частности, 17 эвенкийских и эвенских районов» [8, 121]. В 1932 году ещё два таких района было создано в составе Дальневосточного края.
Выступая при открытии третей сессии ЦИК СССР шестого созыва, М.И.Калинин сообщал, что к тому времени (23 января 1933 года) в СССР помимо 6 союзных существовало 19 автономных республик и , 17 автономных областей, 10 национальных округов, 250 национальных районов и 5300 национальных сельсоветов. Согласно справочнику «Административно-территориальное деление СССР на 15 июля 1934 года» национальных районов числилось свыше 240, сельсоветов – свыше 5300. В статье об административно-территориальных единицах, помещённом в 41-м томе БСЭ, отмечено, что только в РСФСР в то время было около 100 национальных районов расположенных главным образом в Якутии, Бурят-Монголии, Восточной Сибири, Амурской области, Дальневосточном крае. В СССР насчитывалось также «несколько тысяч национальных сельских советов» [1, 380].
Приведённые сведения сами по себе говорят о больших усилиях, пред-принимавшихся в СССР в 20 – 30-е годы по подъёму национальных мень-шинств и их приобщению к социалистическому строительству.
В середине 30-х годов в руководящих кругах страны в связи с быстрыми переменами в жизни общества и выводами XVII партийной конференции (1932 год), в которых утверждалось, что «окончательный подрыв корней капитализма в деревне» предвещает не только «полную ликвидацию капиталистических элементов и полное уничтожение классов» [2, 392]. Директивы конференции нацеливали составителей плана второй пятилетки на завершение ликвидации фактического неравенства народов. В них указывалось: «Быстрый рост социалистического хозяйства в период второй пятилетки в национальных республиках и областях обуславливает изживание экономической и культурной отсталости национальностей, унаследованной от царского колониально-капиталистического режима».
После конференции, опираясь на её установки, некоторые учёные и политические деятели не дожидаясь итогов второй пятилетки, сделали оптимистические выводы по поводу национальных отношений в стране в них утверждалось, что диктатура пролетариата решила в СССР правильно и успешно национальный вопрос, сделала гигантский шаг вперёд в деле ликвидации фактического экономического и культурного неравенства ранее угнетённых и отставших наций.
Из этого следовало, что необходимость в дальнейшем возмещении неравенства в положении русских и нерусских наций отпадала, что длительный план оказания хозяйственной, политической и культурной помощи, отсталым нациям и народностям пройден.



ПРИНЯТИЕ КОНСТИТУЦИИ СССР
Провозглашение победы социализма в СССР, означало, что это необходимо зафиксировать и закрепить. ЦИК СССР избрал конституционную комиссию, которая разработала проект новой Конституции СССР. Летом 1936 года проект Конституции был одобрен Пленумом ЦК ВКП(б) и Президиумом ЦИК СССР и опубликован для всенародного обсуждения.
Для рассмотрения и утверждения проекта Конституции СССР был созван Чрезвычайный YIII Всесоюзный съезд Советов, который начал работу 25 ноября 1936 года.
После рассмотрения проекта 5 декабря 1936 года съезд принял новую Конституцию СССР.
По сравнению с Конституцией 1924 года изменилась структура центральных представительных органов и административно–территориальное деление страны. Преобразования в центральных представительных органах носили формальный характер. Съезд Советов и Центральный исполнительный комитет заменил Верховный Совет СССР, состоящий из двух палат – Совета Союза и Совета Национальностей, избираемый всем населением каждые четыре года.
В Конституции были закреплены «исторические победы» национальной политики. В 1924 году в состав СССР вошли РСФСР, УССР, БССР и ЗСФСР, в 1925 году к ним присоединились Узбекская и Туркменская ССР. В 1929 году ЦИК СССР утвердил преобразование Таджикской АССР входившей в состав Узбекской ССР в Таджикскую ССР, в 1931 году она была принята, а состав СССР. В новой Конституции 1936 года было зафиксировано 11 союзных советских социалистических республик, кроме входивших ранее в её состав непосредственно вошли Азербайджанская ССР, Армянская ССР, Грузинская ССР входившие ранее в состав ЗСФСР.
Из автономных республик были преобразованы и вошли в СССР Казахская ССР и Киргизская ССР.
В это же время, были повышены в статусе некоторые автономные области ставшие автономными республиками, в том числе и Марийская Автономная Область, ставшая Марийской Автономной Советской Социалистической Республикой.
В конституции было также записано, что « За каждой Союзной республикой сохраняется право свободного выхода СССР» [3, 8]. То есть республики, формально сохраняли право на отделение, но механизм отделения не была определён. И по сути был уже пустой формальностью. Потому что на деле не только реальная попытка отделится, но любой разговор о самоопределении какой-то республики или об её отделении от Советского Союза карался как антисоветская агитация или измена Родине. Вместе с тем Сталин отказался от включения в Конституцию положения о преобразовании автономных республик по мере их развития в союзные.
Вслед за принятием Конституции СССР были приняты Конституции со-юзных республик, в которых в соответствии с Конституцией СССР были зафиксированы все их права и обязанности, а также все права и обязанности граждан этих республик.
Конечно, ни о каких правах и республик и граждан этих республик говорить не приходится, «Сталинская конституция», как она будет немедленно названа, на словах предоставила советским гражданам демократические права: свободу слова, собраний, печати, шествий, демонстраций, отправления религиозного культа и свободу религиозной пропаганды, а также неприкосновенности жилища и тайну переписки. Право свободного передвижения граждан отсутствовало, но зато все граждане получили избирательные права, выборы проводились тайные, прямые, равные.
По Сталину конституция стала результатом уничтожения эксплуататорских классов, фактического осуществления взаимной помощи народов во всех областях хозяйственной и общественной жизни; наконец результатом расцвета национальной культуры народов СССР. «Изменился в корне облик народов СССР, исчезло в них чувство взаимного недоверия, развилось в них чувство взаимной дружбы и наладилось, таким образом, настоящее братское сотрудничество народов в системе единого государства» [6, 87]. Подчёркивалось далее, что конституция СССР, глубоко интернациональна. Она исходит из того, что все нации и расы равноправны и независимо от их прошлого и настоящего положения наделены «одинаковыми правами во всех сферах хо-зяйственной, общественной, государственной и культурной жизни общест-ва».
Обращает на себя внимание, что Конституция СССР 1936 года и принятых вслед за ней конституции союзных республик принятые на её основе, не упоминали о национальных меньшинствах, о существовавших в то время национальных районах и сельсоветах, словно бы их не существовало вообще. Ожидалось же, что по новой Конституции союзные республики помимо автономных республик и областей будут иметь в своём составе десятки национальных округов и районов. Ничего не говорилось и о политике «коренизации», которой предавалось такое большое значение на предыдущем этапе развития. Сталин объявил, что в Советский Союз входило «около 60 наций, национальных групп и народностей», несмотря на то что, что перепись населения 1926 года фиксировала в три раза больше национальностей, проживающих в стране. Всё это не могло не говорить о коренном изменении политики в отношении национальных меньшинств и малых народов. Поощрявшийся ранее процесс развития национальных меньшинств, их языков и культуры почти прекратился.



ОБРАЗОВАНИЕ И КУЛЬТУРА
В 30-е годы как и в 20-е много было сделано для развития народного просвещения. Значительные влияние на усовершенствование образование оказало постановление ЦК ВКП(б) от 25 июля 1930 года о введении с 1930 года повсеместного начального обучения детей в возрасте 8-10 лет и всеобщего обязательного 7-летнего образования в промышленных центрах. В соответствии с этим документом были значительно расширены дотации из союзного бюджета на строительство школ в национальных республиках, при распределении средств на образование особо учитывались потребности нацменьшинств. В целях обеспечения школ педагогическими кадрами была развёрнута сеть пединститутов и педтехникумов, педагогических курсов различного профиля. Чтобы сделать школу доступной для бедняков, союзное правительство усилило материальную помощь образованию в форме бесплатного снабжения детей учебными пособиями, обувью, одеждой, питанием за счёт специальных фондов СНК СССР.
7 августа 1935 года СНК СССР и ЦК ВКП(б) принял постановление, в котором вновь указывалось на недостатки в деятельности Наркомпроса РСФСР. Особо отмечалось неудовлетворительное состояние дел с переводом учебников на национальные языки, правительство и ЦК решили из установленного для школ РСФСР дополнительного тиража в 35 миллионов экземпляров издать на русском языке 31 миллион, а остальные 4 миллиона – на национальных языках автономных республик и областей РСФСР. В 1936 году с гордостью писали, что «в советских школах обучаются на своём родном языке учащиеся 82 народностей» [5, 31], полагая, что со временем число это будет увеличиваться.
В это же время была отменена латинизация. 71 алфавит народов России, переведенный в 1920 – 1930-е годы на латинскую графическую основу, был вновь подвергнут перестройке. В этот раз письменность переводилась на кириллицу. По решению октябрьского (1937 г.) Пленума ЦК ВКП(б) началась разработка проекта закона об обязательном изучении русского языка в школах страны. Через пять месяцев, 13 марта 1938 года СНК СССР и ЦК ВКП(б) принял совместное постановление «Об обязательном изучении русского языка в школах национальных республик и областей», которое сыграло в истории межнациональных отношений не только положительную роль. Равные условия для изучения и функционирования русского языка и языков других народов СССР (особенно малочисленных) не были созданы.




РЕПРЕССИИ
В отличие от 20-х годов, когда декорум равноправия и языковой политики ещё сохранялся и на родные языки национальных меньшинств не принято было посягать, то в 30-е годы авторитарная власть стала целенаправленно подавлять всякие проявления национальной самобытности в области культуры.
Но авторитаризм был не единственной причиной ущемления национальных интересов. Индустриализация и культурная революция вступили в противоречие с прежней установкой на отсутствие обязательного государственного языка: подготовка специалистов средней и высшей квалификации в стране, где насчитывалось более ста народов (не считая небольших по численности национальных и этнических групп), наталкивалось на невидимый, но ощутимый барьер – многоязычие студенческих аудиторий. «В архиве Наркомнаца хранится докладная записка ректора Университета народов Востока, в которой, сообщается, что профессорско-преподавательский состав оказался в серьёзном затруднении – как вести занятия, если студенты изъясняются на татарском, башкирском, узбекском и китайском языках, а преподаватель владеет лишь русским, немецким или французским» [11, 304].
Сама жизнь принуждала ввести в систему обучения язык межнационального общения, а поскольку языком науки и техники в СССР был русский, то этот предмет не мог не стать обязательным в программах школ, средних и высших учебных заведений. Само по себе такое решение, следовательно, не было проявлением чьих-то шовинистических амбиций или поползновением к русификации.
В этот период прекратилось принудительное использование местных языков в правительственных учреждениях. В начальной и средней школе стало обязательным изучение второго, русского языка. В то же время увеличилось количество школ, где преподавание велось только на русском языке. Это преследовало две цели – во-первых облегчало жизнь русского населения в национальных республиках, во-вторых, «Давало возможность родителям, имевшим амбициозные планы относительно будущего своих детей, отправить их в школы, где они смогут приобщиться к «имперскому» языку и таким образом получить преимущества перед своими соотечественниками» [10, 236]. На русском велось преподавание в высшей школе. Исключение составляли только Грузия и Армения, чьи народы ревниво оберегали первенство своих языков.
Но введение русского языка вовсе не означало русификации. Антирелигиозная кампания и коллективизация сельского хозяйства нанесли сокрушительный удар национальным культурам, особенно тем, которые были по преимуществу деревенскими и содержали сильный религиозный элемент. «Например, в Белоруссии и на Украине большая часть сёл лишилась церквей, священников, лучших крестьян – всего того, что было важнейшими элементами национальной культуры. Да и сами русские пострадали едва ли в меньшей степени, поскольку сущность их культуры была тесно связана с Православной церковью и крестьянством. Те, кто считает, что предпринятые Сталиным меры были русификацией, должны вспомнить о разрушительном воздействии этих мер на саму русскую культуру. Русский язык теперь стал проводником многонациональной партийной советской культуры, а не русской в традиционном её понимании». Но разумеется нет ничего удивительного в том, что другие народы часто путали советизацию с русификацией.
Развитие национальных культур в новых условиях представлялось под эгидой советской власти, как слияние по содержанию. Сталин специально подчёркивал: «По своему содержанию развиваемая советской властью культура народов СССР должна быть культурой общей для всех трудящихся».
Но это было в каком-то смысле концом национальных культур и национальной самобытности народов. Давая простор многонациональному развитию, Сталин сказал: это – культуры, национальные по форме и социалистические по содержанию. Социалистические по содержанию – значит, единые в самом главном, в своём существе, притом единые на высшей стадии человеческого единства: на стадии равноправия, братства и взаимной любви. И вместе с тем «национальные по форме»- что предполагает разнообразие и невероятное богатство внутри этого единства.
Но если подумать. Национальное - всего только форма, а содержание лишенное национального предполагает единый социалистический стандарт. Практически это означало, что можно и нужно на украинском, грузинском, французском, английском, марийском и всех прочих языках прославлять коммунизм и партию Ленина – Сталина. А также прославлять «дружбу народов», которые разнообразны по форме, но едины по содержанию.
По мнению А.Синявского кроме языка, под словом «форма» подразумевались и дозволялись некоторые, весьма ограниченные этнографические подробности в виде, воспевания «малой родины». «А также под словом «форма» имелись в виду национальный костюм и своё музыкальное и танцевальное сопровождение. Весь интернационал сводился к декорации и к возможности на любом языке произносить одни и те же узаконенные Москвою социалистические лозунги» [9, 340].
Сталинские чистки уничтожили тех «национальных коммунистов», которые пытались продолжить политику 20-х годов. Украина пережила даже двойную чистку. Первую провёл Павел Постышев, который даже не говорил по-украински. Сталин направил Постышева на Украину для расправы с местными партийными работниками, которые с неохотой проводили жёсткую коллективизацию, или с теми, кто пытался защищать украинскую культуру. Выступая в Харькове, тогдашней столице Украины, он заявил, что «большое искусство руководить» заключается в том, чтобы «больно ударить кого следует в пример и науку другим». Кого следует стукнуть решал он сам по согласованию с Москвой. Главным объектом нападок Постышева стал нарком просвещения известный большевик Н.А.Скрыпник, горячий сторонник украинизации. 7 июля 1933 года Скрыпник покончл с собой; так же поступил и самый известный в то время украинский писатель Никола Хвыловый, чьи похороны превратились в демонстрацию против «москалей». Но даже Постышев был с точки зрения Сталина недостаточно жесток: он исчез, подобно большинству членов Центрального Комитета, и с назначением первым секретарём украинского ЦК Н.С.Хрущёва Киев стал непосредственно подчиняться Москве.
Говорят, что Сталин после войны высказывался в том духе «что он и украинцев охотно бы выселил с Украины в отдалённые места за их недостаточную привязанность к Москве и к Советской власти не будь их слишком много» [9, 349].
Весной 1938 года на Украине все национальные (неукраинские и нерус-ские) школы были закрыты, как очаги «буржуазно-националистического и антисоветского влияния» на детей; В постановлении по этому поводу гово-рилось, что практика насаждения национальных школ «наносит величайший вред делу правильного воспитания и обучения, отгораживая детей от советской жизни, лишает их возможности приобщиться к советской культуре и науке, учиться в техникумах и вузах».
Было закрыто: 57 польских, 543 немецких, 120 немецко-украинских, 15 немецко-русских, 16 чешских, 57 болгарских, 5 греческих, 15 греко-русских, 8 греко-татарских и т.д. Эти школы строились на почве интернационализма; возможность учиться на родном языке в полной мере отвечала чаяниям и интересам национальных меньшинств Украины. Ликвидация этих 888 школ (95 тысяч учащихся), их реорганизация в школы с украинским и русским языками обучения, закрытие национальных вузов и техникумов было насилием над немцами, поляками, чехами, болгарами, греками, попранием их национальных прав.
Украинские события находились в общем русле того произвола и тех бесчинств которые творили в области национальной политики Сталин и его сподвижники.
В 1933 году для проведения чисток в Белоруссию была отправлена ко-манда из трёх человек во главе с председателем Центральной Контрольной комиссии партии Н.А.Антиповым. Они провели чистки в Наркомате просвещения, в школах и институтах и отрапортовали о раскрытии «Белорусского национального центра», выполнявшего якобы задания Польши и имевшего целью создание независимой от Советского Союза Белорусской демократической республики. Большинство партийных и советских руководителей было заменено русскими, По свидетельству современника, «около 90% белорусских прозаиков и поэтов было арестовано, большинство расстреляно или замучено в тюрьмах» [10, 237].
В 1937 – 1938 годах, всего лишь за два года, фактически полностью было заменено партийное и хозяйственное руководство национальных республик, многие ведущие деятели просвещения, литературы и искусства были репрессированы. Они пытались на свой лад проводить провозглашённую партией национальную политику. Эта попытка сводилась к развитию национальных культур и созданию местных кадров, которые могли обеспечить ограниченное самоуправление. Обычно они заменялись кадрами направленными непосредственно из Москвы, иногда более понятливыми местными деятелями. Из тех далёких от точности цифр явствует: во время чисток резко упала численность представителей местного населения в республиканских партийных организациях.
Настоящий разгром был устроен в 1937 году в МАССР. По одиночке и группами арестовали, можно сказать всю марийскую интеллигенцию, всех активных общественных деятелей, писателей, артистов, учёных. По ложным обвинениям были расстреляны писатели С.Чавайн, И.Шабдар, Т.Ефремов, О.Ипай.
Были сфабрикованы особые «марийские дела» в Уфе, Свердловской и Кировской областях, по которым многие были расстреляны.
Были репрессированы не только писатели, но и почти все учителя марийского языка. Сжигались книги репрессированных марийских писателей. Таким образом полностью была уничтожена интеллигенция Марийской автономии.
По переписи населения 1937 года количество марийцев сократилось, по сравнению с 1926 годом на 27 тысяч.
То же самое происходило в Удмуртии, Башкирии, Коми и других авто-номных и союзных республиках.



ПРИСОЕДИНЕНИЕ НОВЫХ РЕСПУБЛИК
17 сентября 1939 года через несколько дней после нападения фашистской Германии на Польшу, когда сопротивление польской армии было окончательно сломлено, Красная Армия вступила в Польшу под предлогом оказания «помощи украинским и белорусским братьям по крови», которые оказались в опасности в результате «распада польского государства». В результате этого Советский Союз присоединил к себе огромную территорию в 200 тысяч километров с населением 12 млн. человек (7 млн. украинцев, 3 млн. белорусов и 2 млн. поляков). В последующие месяцы сотни тысяч жителей присоединённых территорий были депортированы на восток как «враждебные и нелояльные элементы».
«1 и 2 ноября после спектакля “народных собраний”»[4, 292], эти территории были включены в состав Украинской и Белорусской советских республик.
Вслед за этим 28 сентября 1939 года советское руководство заключила с Эстонией «договор о взаимопомощи», по условиям которого Эстония предоставляла Советскому Союзу свои военные базы. Через несколько недель подобные договоры были подписаны с Латвией и Литвой.
Летом 1940 года обвинив балтийские страны в нарушении договоров о «взаимопомощи» советское правительство потребовало создания в них коалиционных правительств контролируемые специальными советскими уполномоченными (Деканозов в Литве, Вышинский в Латвии, Жданов в Эстонии). После создания «народных правительств» были проведены «выборы» в сеймы Литвы и Латвии и в Государственный Совет Эстонии, в которых участвовали лишь кандидаты, выдвинутые местными Эстонии, в которых участвовали лишь кандидаты, выдвинутые местными компартиями и проверенные НКВД. Избранные таким образом парламенты обратились с просьбой о принятии этих стран в состав СССР. В начале августа эта просьба была «удовлетворена» решением Верховного Совета СССР, возвестившего об образовании трёх новых советских социалистических республик.
Для того чтобы предотвратить появление более или менее заметной оппозиции, были проведены депортации. «Только за одну ночь (14-15 июня 1941 года) было депортировано 60 тысяч эстонцев, 34 тысячи латышей и 38 тысяч литовцев» [10, 239]. На сборы давалось несколько часов, после чего они сгонялись на станции, грузились в телячьи вагоны и отправляли в Сибирь или Среднюю Азию.
Через несколько дней после вступления Красной Армии в Прибалтику советское правительство направило ультиматум Румынии, потребовав не-медленного «возвращения» Советскому Союзу Бесарабии, прежде входив-шей в состав Российской империи и также упомянутой в секретном протоколе. Кроме того, оно потребовало также передать СССР Северную Буковину. Оставленная Германией без поддержки, Румыния была вынуждена покориться. В начале июля 1940 года Буковина и часть Бесарабии были включены в состав Украинской ССР. Остальная часть Бесарабии была объединена с левобережной Молдавией. 2 августа 1940 года была провозглашена Молдавская Советская Социалистическая Республика. Так расширялась многонациональная «семья» советских народов.



ЗАКЛЮЧЕНИЕ
В 30-е годы в СССР шла унификация и подавление национальной жизни и национальных духовных запросов, национальной самобытности в области культуры. Это нанесло непоправимый ущерб всем народам СССР.
Интернациональное братство, как оно было задумано вначале, не удалось. И потому, что народам не очень-то удаётся жить в дружбе, тем более в рамках одного государства. Тем более трудно жить в дружбе при диктатуре, при централизованной власти. Ведь социализм – это не только равенство и братство и не только какие-то успехи в строительстве. Это помимо всего прочего и идеологическая униформа, это отчуждение труда и в какой-то мере отчуждение национального лица. И хотя гнёт исходит не от русского народа, а от какой-то безликой государственной власти и распространяется на всех, всё равно он связан с центром, с Москвой, с русской властью. И тот аргумент, что русские страдают не меньше, а порою больше не помогает.
Ещё в 20-е годы Г.Федотов отмечал, что «Интернациональный патрио-тизм большевистской партии, разлагаясь, выделяет из себя национализмы: как великорусский, так и меньшинственные, борьба которых сегодня подкапывает партию, завтра поставит во всей остроте вопрос о единстве России» [12, 128].
Сталин в той ситуации сделал ставку на великорусский национализм, как самый надежный. С его помощью он стал давить меньшинственные национализмы.
30-е годы это и время осуществления наиболее крутых мер сталинщины, в эти годы были «разбиты» так называемые национал-уклонисты. В качестве местных уклонистов были репрессированы партийные и советские руководители многих союзных республик и других государственно-национальных образований, видные представители национальной интеллигенции, которые, надо полагать не вполне усвоили истинное значение сталинского лозунга национальной культуры и заботились не только о социалистическом содержании, но и в не меньшей мере о национальной форме. Последнее легко было осудить, как национализм.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
1. Большая Советская Энциклопедия. – 1-е изд.- М.: Советская энциклопедия, 1939.- Стб.380-381.
2. Директивы к составлению второго пятилетнего плана народного хозяйства (1933 – 1937)//КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК – 9-е изд.- М.: Политиздат, 1984.- С.391-398.
3. Конституция (Основной Закон) Союза Советских Социалистических.- М.: Политиздат, 1972. – 39 с.
4. Верт Н. История Советского государства. 1900 – 1991.- М.: ИНФРА – М, Издательство «Весь мир»,1998.- 544 с.
5. Вдовин А.И. Национальная политика 30-х годов (Об исторических корнях кризиса межнациональных отношений в СССР) //Вестник Московского университета.- 1992.- № 4.- С.17-38.
6. Вдовин А.И. Русские в ХХ веке.- М.: ОЛМА – ПРЕСС, 2004. - 448 с.
7. Геллер М.Я. Союз нерушимый //Советское общество: возникновение, развитие, исторический финал. Т.1.От вооружённого восстания в Петрограде до второй сверхдержавы мира/Под общ. ред. Ю.Н.Афанасьева. – М.: Российский гос. гуманит. ун-т, 1997.- С.173 – 204.
8. Национальные отношения: Словарь/Под общ. ред. В.Л.Калашникова.- М.: ВЛАДОС, 1997.- 207 с.
9. Синявский А.Д. Основы советской цивилизации.- М.: Аграф,2001.-
464 с.
10. Хоскинг Дж. История Советского Союза. 1917 – 1991.- Смоленск: «Русич», 2000.- 496 с. План
11. Чеботарёва В.Г. Государственная национальная политика в Республике немцев Поволжья 1918 – 1941 гг.- М.: Общественная Академия наук российских немцев,1999.- 464 с.
12. Федотов Г.П. Будет ли существовать Россия? // Федотов Г.П. Собр. соч. Т.2.- М.: Мартис,1998.- С.127 – 139.




Данные о файле

Размер 32.46 KB
Скачиваний 37

Скачать



* Все работы проверены антивирусом и отсортированы. Если работа плохо отображается на сайте, скачивайте архив. Требуется WinZip, WinRar