ГлавнаяКаталог работПедагогика и психология → Психологическая биография пример
5ка.РФ

Не забывайте помогать другим, кто возможно помог Вам! Это просто, достаточно добавить одну из своих работ на сайт!


Список категорий Поиск по работам Добавить работу
Подробности закачки

Психологическая биография пример

Психологическая биография.

Мне было 5 лет, когда меня отдали в детский сад. Мама сказала, что ей нужно работать, и она больше не может сидеть со мной дома. Моя мама работала в школе учителем химии, а папа работал начальником в одном из строительных управлений. Это известие меня насторожило. По правде сказать, мне совсем не хотелось идти в садик, потому что я привыкла быть дома вместе с мамой. Я даже пыталась плакать, но мама была непреклонна. ,,Все дети ходят в садик, и ты у меня не исключение. Тебе там понравится!” – заключила она. Спорить и упорствовать было бесполезно, я поняла, что я ничего не смогу изменить, и мне лишь остается смириться с неизбежным. Это способствовало в дальнейшем формированию таких качеств моего характера, как ответственность и чувство долга, просто порою нужно делать то, что тебе не очень нравиться, но то, что от тебя требуют другие.
Я помню что, когда она меня разбудила, чтобы идти в садик, я сильно плакала и никак не могла, как следует, проснуться, так как было очень рано, а я не привыкла так рано вставать. Помню, что она буквально тащила меня за руку, постоянно нервничая из-за того, что может опоздать в школу, но я просто за ней не поспевала. Когда мы пришли, она стала меня раздевать, и тут я увидела других девочек и мальчиков, которых тоже раздевали их родители. Мне показался очень забавным один мальчик с кудрявыми волосами, которого привел его папа, тоже очень спешащий на работу, а Валера, так звали этого мальчика, достал из валенка кусочек снега и стал его лизать, показывая папе, как помадку. Папа выбил у него снег из рук и очень рассердился на Валеру, а мне стало очень смешно, и я совершенно успокоилась. И еще мне было интересно узнать, что на других детей родители тоже могут сердиться, то есть не только мои родители на меня, если я сделаю что-то не так. Так я научилась сравнивать и сопоставлять, а в последствии анализировать, ведь раньше у меня не было возможности наблюдать взаимоотношения между родителями и детьми, кроме своих собственных, а это оказалось очень любопытным. Да, вот еще одна черта моего характера, склонность к любопытству.
Пока нас раздевали мы с ним успели познакомиться, а потом вместе пошли в зал, и он показывал мне, где они спят, где обедают, где у них туалет.
Когда настало время прогулки, он взял меня за руку и повел показывать территорию, где они гуляли.
Мы с ним очень быстро подружились, и везде ходили вместе. Валеру постоянно тянуло за территорию, где гуляла наша группа. И мы с ним выждав момент, когда воспитательница куда-либо отворачивалась, убегали за здание садика, где были расположены различные служебные постройки. Мы пробирались через здоровые сугробы, чтобы посмотреть его штаб. Штабом оказалось хранилище для метел и лопат, но тогда мне было жутко интересно и даже немножко страшно, потому что нам всякий раз приходилось прятаться от проходящих мимо работников детского сада, потому что они могли нас заметить, и тогда нам попало бы. Никогда не забуду, как сильно колотилось сердце в груди, как оно стучало. Я стала довольно романтичной натурой.
Думаю, что это знакомство и дружба с Валеркой оставили глубокий след в моей психике и в немалой степени повлияли на формирование моего характера. Я узнала, что иногда запреты взрослых можно нарушать, но делать это нужно так, чтобы никто об этом не узнал, особенно взрослые. Кроме того, у меня появилась страсть к неизведанному, непознанному, меня до сих пор влечет стремление побывать в различных городах, посмотреть, как живут другие люди, прикоснуться к чему-то неизвестному, таинственному, загадочному. А еще мне нравится ходить по ночному городу и смотреть в окна домов, представляя себе или пытаясь рассмотреть, что за люди там живут и что они делают. Благодаря влиянию Валеры, моей дружбе с ним я стала более решительная, смелая и способная на отважные поступки, потому что до встречи с ним я была трусиха, никуда не ходила, а когда мы были с ним, то почти не гуляли с другими детьми, если нам не удавалось убежать с глаз воспитателя, то мне было очень скучно, потому что он всякий раз что-нибудь придумывал. Однажды мы ходили собирать дикие яблоки-китайку, их ударил мороз, и они были очень сладкие, мне казалось, что я никогда не ела ничего вкуснее, и их было так много, что я ела не останавливаясь, пока не объелась. А потом во время обеда ничего не ела, кроме компота, а воспитательница пожаловалась моей маме, что я ничего не ела в обед. А просто я не могла и не хотела. А весной мы ходили к хранилищу и жевали с ним гудрон с крыши, жевачки тогда не было, и было очень интересно жевать расплавленный от солнца гудрон, и очень интересно, у него был такой интересный вкус, и он прилипал к зубам. А потом мама никак не могла понять, почему у меня такие черные зубы, чем меня кормили в садике. Так у меня появилось стремление к познанию, все попробовать самой, даже возможно то, какое оно на вкус.
В садике было очень здорово, мне очень нравилось гулять с Валеркой, а когда нам не удавалось убежать, то приходилось играть с другими девочками
в дочки-матери, но мне уже эта игра казалась очень скучной, хотя дома с подружками со двора я очень любила в нее играть. А еще Валерка научил меня лазить по деревьям и по крышам, мне сначала было очень страшно, а потом я уже совсем не боялась, было очень здорово. Я даже научилась перелезать через забор садика за его территорию, там были чужие мальчишки и девчонки, которые дразнили нас детсадовскими и инкубаторскими, а потом мы с ними познакомились и даже обменивались игрушками. Правда, обмен был не в нашу пользу, они выпросили у меня моего любимого пупсика в обмен на заточенную о каменный забор палочку от мороженного, а у Валерки солдатика в обмен на стеклянный шарик. Мама потом спрашивала меня, куда я деваю игрушки, которые беру с собой в садик, а я не знала, что ей сказать, так как пришлось бы рассказывать обо всем, а я знала, что ей бы не понравилось то, что мы делали с Валеркой. Так я научилась говорить неправду и быть скрытной. Пока я ходила в садик у меня постоянно были ободранные коленки и локти, моя мама всегда подозрительно относилась к появлению все новых и новых ссадин и царапин, у нее даже было подозрение, что меня в садике бьют мальчишки, а папа ее успокаивал, говорил, что эти ссадины не опасны, что они до свадьбы заживут, просто дети в садике носятся как угорелые. И что у них растет хорошая дочь. Оказывается, мнение родителей может быть диаметрально противоположным, но при этом они вполне друг друга понимают.
Сначала мне было неохота идти в садик, а потом мне очень не хотелось из него уходить, потому что я к нему очень привыкла. Как это не странно, но я потом никогда не видела Валерку, скорее всего они уехали в другой город.
В школе мне было скучновато и неинтересно, я просто выполняла свой долг. Училась я очень хорошо, видимо, мама передала мне свои способности. Но я всегда с нетерпением ждала окончания уроков, чтобы потом пойти погулять. У меня появились новые друзья – мальчишки. Я ходила с ними кататься по льду на замерзшую Кокшагу, коньков у нас не было, мы просто скользили сапожками по льду, и вдруг я упала лицом на лед и набила себе огромную шишку на лбу. Когда мама увидела у меня шишку на лбу с ней сделалась истерика, она сетовала на то, что я расту егозой, а папа за меня заступился и сказал, что ничего страшного нет, это всего лишь обычная шишка, которая потом рассосется и исчезнет без следа. А когда папа купил мне лыжи, я стала с мальчишками ходить кататься с горки и один раз упала, сильно ударилась и сломала лыжу. Я очень сильно плакала, но не оттого, что мне было больно, а оттого, что сломала папин подарок. Правда, папа меня успокоил и пообещал мне купить новые лыжи. И я поняла, какой замечательный у меня папа и, что нет безвыходных, ужасных ситуаций, просто никогда не надо унывать, всегда можно что-нибудь придумать.
По-моему, самыми запоминающимися и даже в какой-то степени неприятными моментами за все время учебы в школе для меня были: прием в пионеры, комсомол и экзамены в восьмом и десятом классе. Мне пришлось попереживать и поволноваться. Не забуду, как волновалась мама, когда учила со мной пионерскую клятву, текст которой был довольно большим, и мне было трудно его запомнить, я все время, по-видимому, из-за волнения забывала или путала местами какие-нибудь строчки клятвы. Какое же облегчение я испытала, когда я прочитала эту клятву без запиночки, ни разу не ошибившись, правда, ладошки у меня стали очень-очень влажными, зато меня приняли одной из первых в классе в пионеры. Как я гордилась тем, что у меня на шее был повязан пионерский галстук, а у других одноклассниц не было, с какой завистью и восхищением на меня смотрели мальчишки, я даже пошла домой, не застегивая пальто, чтобы все могли видеть мой галстук, хотя на улице было довольно холодно, но мне мороз был нипочем. Помню, как обрадовались мама и папа, потому что они тоже за меня очень волновались.
Другой волнительный момент – вступление в комсомол. Я тоже вступала одной из первых, как только мне исполнилось пятнадцать лет. Однако мальчишки из приемной комсомольской комиссии оказались очень важными и в не меньшей степени вредными, не хотели меня с первого раза принимать, задавали очень трудные вопросы, на некоторые я даже не смогла ответить, хотя выучила устав комсомольской организации наизусть. Просто ответов на данные вопросы там не было, да и не могло быть. Хорошо, что за меня заступился секретарь комсомольской организации школы, он сказал, что я являюсь старостой 8-Б класса, что я очень хорошо учусь, что я принимаю активное участие в различных школьных мероприятиях, и всем ничего не оставалось, как согласиться с его доводами и принять меня в комсомол. К тому времени мне, признаться, уже наскучило носить пионерский галстук, а темно-вишневый комсомольский значок с золотым портретом Ленина очень мне шел, и делал меня очень привлекательной. Поэтому я была необычайно рада, когда все мои мучения остались позади. Однако потом я была несколько разочарована, когда в 9-м классе остальных чуть ли не силой затаскивали в комсомол, не мучая никакими вопросами, а они упирались и не хотели вступать, вот ведь как бывает. Это было мое первое разочарование в идеалах, которые мне казались правильными.
Немало сил отняли экзамены в восьмом классе, я боялась, что на экзамене попадется какой-нибудь билет, материал которого я не знаю так хорошо, как мне хотелось бы. Ведь невозможно выучить и запомнить все, что мы прошли в школе в течение восьми лет. Вдруг я испортила бы свои годовые оценки, получив плохие оценки на экзамене. Я целый месяц находилась в нервном напряжении, постоянно что-то учила, повторяла, пока не сдала все экзамены на пять, какое это было облегчение. Папа сделал мне подарок по случаю успешной сдачи экзаменов, купил мне велосипед ,,Салют”, весь никелированный, какую он вызывал неподдельную зависть у всех мальчишек. А как они просили у меня на нем покататься, а я им – нет и нет…
Я поняла, что учеба, а в данном случае экзамены – это своего рода работа, которую я умею довольно неплохо выполнять, вот только работа эта уж очень утомительная. Я, конечно, смогла собраться и довести начатое дело до конца, но все-таки как это было тяжело!
Последние испытания мне пришлось пережить в десятом классе, но здесь мне было уже немножечко легче, потому что я уже имела опыт сдачи подобных экзаменов в восьмом классе, но все равно волновалась как последняя дурочка, хотя все хорошо знала, а вот Вовка Фетисов и Олег Михайлов ничего не учили, кроме двух первых билетов и каким-то образом смогли их вытянуть, вот ведь какие счастливчики.
После экзаменов был выпускной бал, после которого меня охватило смешанное чувство, мне было как-то жаль уходить из школы, здесь все было знакомо, и вместе с тем мне в школе уже порядком наскучило, каждый год одно и тоже. Хотелось чего-то нового, но это новое было неизвестным пугающим, я не знала, что меня ожидало после окончания моей школы. В школе у меня сформировалась тяга к новым впечатлениям, новизне и отвращение к однообразию, рутине.
Подводя итог данным воспоминаниям и моему психологическому анализу собственной биографии, можно сделать вывод о том, что черты моего характера формировались под воздействием внешних обстоятельств, а также под влиянием окружающих меня людей, моих родителей, друзей. Я не боялась становиться другой, узнавать новое, изменяться. При этом все обстоятельства можно условно разделить на благоприятные и неблагоприятные, однако и те и другие оказывали заметное влияние на становление моей личности. Возможно, если бы я находилась в состоянии изоляции, ни с кем не общаясь, я бы не стала такой, какая я есть.
Присущие мне качества, которые во мне выработались, согласно теории научения: ответственность и чувство долга, умение сравнивать и сопоставлять, анализировать, любопытство, страсть ко всему новому, непознанному, загадочному, отвращение к рутине и однообразию, страсть к новым впечатлениям.
Присущие мне качества, которые во мне выработались, согласно теории психоанализа: боязнь, что о моих проделках станет известно, боязнь скуки, однообразия, бессмысленных ненужных усилий, боязнь разочарования в идеалах, которые были так дороги. Стремление к лидерству.
Присущие мне качества, которые во мне выработались, согласно я - теории: способность к критическому восприятию действий и поступков окружающих людей, стремление к лидерству, быть лучшей, жажда приключений, никогда не унывать, стремление к новизне.
Присущие мне качества, которые во мне выработались, согласно когнитивной теории: стремление все подвергать сомнению, ничего не принимать на веру, во всем полагаться на свой вкус, жажда знакомства с новыми людьми.
Присущие мне качества, которые во мне выработались, согласно культурно-историчеcкой концепции: образованность, эрудированность, интеллектуальность, критическое восприятие действительности, образованность, смелость.
Фрейд сказал бы, что в формировании личности ребенка значительную роль сыграло его стремление к новым впечатлениям, жажда новизны, знаний, боязнь скуки и рутины, однообразных действий, бессмысленно затраченных усилий. Ребенком двигало желание выделиться, стать не таким как все.
Эрих Фромм сказал бы, что в формировании личности ребенка большое значение сыграло отношение окружающих, их мнения, их влияние.
Лев Семенович Выготский сказал бы, что в формировании ребенка решающее значение сыграло осознание им того, что реальность является далеко не такой, как она представляется.


Литература

1. Ковалев А.Г. Психология личности. – М.: Просвещение, 1989. – 391 с.
2. Кондратьев О.В., Кондратьев С.В. Социальная психология. – Волгоград: Учитель, 2003. – 80 с.
3. Леонтьев А. А. Деятельность. Сознание. Личность. – М.: Просвещение, 1975. – 425 с.
4. Фрейд З. Учение о человеке: Учеб.-методич. пособие для студентов и аспирантов. / Моск. открытый соц. ун-т. – М., 1997.– 56 с.
5. Фрейд З. Психология бессознательного. – М.: Просвещение, 1996. – 495с.
6. Фромм Э. Душа человека.– М.: ООО ,,Изд-во АСТ- ЛТД”, 1998.– 664с.
7. Холл К.С., Гарднер Л. Теории личности. – М.: «КСП+», 1997.– 385с.
8. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. 2-е издание. – СПб., 1997. – 450с




Данные о файле

Размер 56.5 KB
Скачиваний 23

Скачать



* Все работы проверены антивирусом и отсортированы. Если работа плохо отображается на сайте, скачивайте архив. Требуется WinZip, WinRar